0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Плюс 400 к суверенитету

Плюс 400 к суверенитету

Россия и Турция заключили крупнейшую в истории отношений двух стран оружейную сделку — президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о подписании контракта на поставку для ВВС страны российской зенитной ракетной системы С-400 «Триумф». Документ стал промежуточным итогом долгой истории поиска Анкарой новой «длинной руки» для своей противовоздушной обороны. Портал iz.ru задумался, для чего туркам необходимо контролировать небо.

Зачем Анкаре ПВО

Зенитно-ракетный комплекс MIM-23 Hawk

История желания Турции приобрести современные зенитные ракетные системы большой дальности тянется давно, со времен снятия с вооружения ЗРК MIM-14 Nike Hercules в начале 1990-х годов. К тому времени эта система 1950–1960-х годов разработки дальностью действия до 140 км, но не способная перехватывать низколетящие цели, окончательно устарела. Последние 25 лет самой дальнобойной системой ПВО, которой располагали вооруженные силы Турции, оставался ЗРК средней дальности MIM-23 Nike Hawk, дальностью до 50 км. Будучи ровесником «Геркулеса», этот комплекс, однако, прошел модернизацию, повысившую его возможности по борьбе с низколетящими целями. В перспективе эта система должна быть заменена на собственную турецкую систему средней дальности HISAR-O.

Возможности этих комплексов обеспечивают максимум оборону отдельных объектов, не позволяя создать зональную систему ПВО или прикрыть войска на театре военных действий.

Для решения этой задачи в 2007 году турецкий секретариат оборонной промышленности объявил тендер T-LORAMIDS (Turkish Long Range Air And Missile Defence System). В продолжавшемся восемь лет отборе участвовали все ведущие мировые производители систем ПВО, включая российский концерн «Алмаз-Антей» с усовершенствованной системой С-300В («Антей-2500»).

Предполагалось, что по итогам тендера Турция выберет партнера, который обеспечит не только поставку вооружений, но и станет донором технологий, развернув в стране производство новой техники. Сроки подведения итогов неоднократно сдвигались, пока в сентябре 2013 года победителем неожиданно для многих не был объявлен Китай в лице компании CPMIEC (China Precision Machinery Import & Export Corp.) с ЗРС HQ-9, представляющей собой китайскую версию семейства С-300П разработки того же «Алмаз-Антея».

Вместе с тем торг продолжался — ряд экспертов полагали, что объявление о выборе китайской системы стало следствием желания Анкары выбить лучшие условия из европейского концерна EuroSAM и американского Raytheon. Контракт на поставку китайских систем так и не был подписан, а в 2016 году тендер T-LORAMIDS был официально аннулирован.

Вопрос суверенитета

Зенитно-ракетный комплекс Patriot у турецко-сирийской границы

Тем не менее проблема остается, более того, она стала лишь острее: современная политическая ситуация не гарантирует Турции безопасность, несмотря на членство в НАТО. Ранее альянс разворачивал на территории Турции ЗРК Patriot, но действенность этих комплексов, не контролируемых турецкими военными, в условиях охлаждения отношений Анкары и ее союзников по альянсу ставится под сомнение.

Вопрос может быть рассмотрен и с другой стороны: какая система ПВО способна защитить Турцию, если Анкара решится на проведение масштабной войсковой операции против курдов, что теоретически может привести ее к столкновению с союзниками по альянсу пусть и локальному?

Опыт подобных столкновений у Турции уже есть — как минимум в виде оккупации Северного Кипра и вялотекущей холодной войны с Грецией –– несмотря на общее членство в НАТО, две эти страны рассматривают в качестве вероятных противников в первую очередь друг друга.

В этих условиях выбор вооружения американского или европейского производства был бы чреват как минимум угрозой прекращения поставок оборудования и оказания технической поддержки при любом обострении отношений. В случае реального конфликта противник заранее знал бы все возможности турецкой ПВО, что сильно облегчило бы ее подавление, без всяких сказок «о дистанционном отключении радаров и систем управления».

Таким образом выбор между китайскими и российскими предложениями становился естественным, так же, как и жесткая реакция официальных союзников Анкары: еще летом 2017 года министр обороны США Джеймс Мэттис сообщил, что система С-400 никогда не будет совместима с техникой НАТО. По сути, это была завуалированная угроза исключить Турцию из единой системы ПВО альянса, при этом с технической точки зрения заявление главы Пентагона не выдерживает критики. Советские и российские средства ПВО успешно интегрировались в общеблоковую организацию в странах Восточной Европы, при этом в случае с Грецией и Словакией эта возможность была продемонстрирована на системах С-300ПМУ1 и более старых С-300ПТ соответственно.

Боевые расчеты комплексов С-400 «Триумф» во время тренировки

Не вызывало проблем у НАТО и взаимодействие со средствами ПВО советского/российского производства у стран, не входящих в альянс, — на совместных учениях такое взаимодействие обеспечивалось с Финляндией, Украиной, Египтом и рядом других стран, эксплуатирующих такое оружие, включая Российскую Федерацию. Следовательно, основная причина претензий НАТО к возможной закупке российского оружия Анкарой кроется в первую очередь в политических мотивах.

А зачем?

Вопрос, «зачем это всё Москве», тоже по-своему интересен. Отношения Турции и России, прошедшие от умеренно партнерских в начале 2010-х годов к почти враждебным после того, как в ноябре 2015 года над северной Сирией был сбит российский Су-24, постепенно вернулись в норму, особенно после провала организованного прозападным офицерским корпусом военного переворота. В сочетании с прямой поддержкой, которую США и их союзники по НАТО оказывают курдам в Ираке и на северо-востоке Сирии, Москва остается единственным партнером, способным одновременно выступить арбитром в сложных отношениях в четырехугольнике «АнкаракурдыДамаскБагдад», поддержать Турцию в противодействии «Исламскому государству» и помочь в случае ухудшения отношений с Западом.

Для Москвы этот шаг становится естественным способом нарастить свое влияние в Турции и возможностью увеличить продажи высокотехнологичной продукции машиностроения на традиционно западном рынке.

Это понимают и на Западев частности материал, опубликованный в NY Times, говорит о «повороте Турции к Москве», при этом отмечается, что Германия, в настоящее время являющаяся одним из главных партнеров Анкары в военно-техническом сотрудничестве, приостановила поставка своих систем в Турцию.

Трудно сказать, насколько долгим и устойчивым на сей раз окажется партнерство Анкары и Москвы, но потенциальная возможность «выключить» из НАТО одного из его сильнейших членов определенно должна быть использована по максимуму.

Что почем?

С-400 «Триумф» 210-го ордена Красной Звезды зенитного ракетного полка воздушно-космической обороны

Сообщается, что Турция получит четыре дивизиона системы С-400 ценой в $2 млрд. Это означает поставку 32 пусковых установок с четырьмя ракетами на каждой, а также большого количества прочей необходимой техникипунктов управления, радиолокационных станций, транспортно-заряжающих машин, дополнительных ракет и другого оборудования. Кроме того, очевидно необходимым становится оказание услуг по подготовке турецкого персонала. Пока неизвестно, какая доля стоимости будет покрыта Турцией прямо, а какая с помощью кредитных средств, равно как не раскрывается вопрос трансфера технологий. Вместе с тем некоторые специалисты высказывают предположение, что с учетом политической обстановки поставки закупленных четырех дивизионов пойдут непосредственно из России с целью исключить потерю времени на разворачивание производства в Турции, которое, скорее всего, может быть организовано для дополнительных закупок.

Четыре дивизиона — или два полка в современной российской организационно-штатной структуре — не дадут Турции создать систему ПВО в масштабах всей страны, но с учетом мобильности С-400 обеспечат «закрытие» воздушного пространства в нужной зоне в нужное время.

Эффективность этого закрытия, впрочем, будет сильно зависеть как от освоения С-400 турецкими военнослужащими, так и от способности Анкары «вписать» полученное вооружение в собственную систему ПВО, прикрыв комплексы «длинной руки», которыми являются С-400, от возможных атак и обеспечив их информацией. Здесь нужно отметить, что Турция в принципе располагает современными многочисленными военно-воздушными силами, в составе которых имеются в том числе и самолеты дальнего радиолокационного обнаружения и управления, а также арсеналом наземных радаров разных типов, что облегчает решение этой задачи. Наиболее интересным вопросом здесь становится номенклатура ракет, которые получит Турция, в частности, будет ли в их числе «большая ракета» 40Н6, и в целом, каким будет технический облик турецкой системы?

Что дальше?

Турция становится третьей страной, принявшей на вооружение ЗРС С-400 после собственно России и КНР. При этом Россия завершает развертывание группировки С-400 в рамках действующей госпрограммы вооружений ГПВ 20112020 годов, по которой предполагается закупка 56 дивизионов системы.

По состоянию на конец первого полугодия 2017 года в составе Воздушно-космических сил и ПВО ВМФ России развернуто 38 дивизионов, что при темпах поставки 5–6 дивизионов ежегодно обеспечивает завершение программы в 2020–2021 годах.

Учитывая, что объем военных расходов в рамках новой ГПВ 2018–2025 годов будет несколько снижен, вопрос поиска импортеров становится одним из главных. На эту роль, помимо Турции и КНР в настоящее время претендует Алжир (по ряду данных уже проводивший испытания С-400) и Индия, с которой идут переговоры о поставках пяти дивизионов С-400. В числе претендентов называется и ряд других стран, включая Иран, уже получивший С-300 и заинтересованный в дальнейшем развитии своей ПВО.

С-400 «Триумф» на полигоне «Ашулук» во время учений

Для Турции история тоже не заканчиваетсячетырех дивизионов для ПВО такой страны явно недостаточно, при этом Анкара рассчитывает получить и специализированную систему противоракетной обороны, которой универсальная С-400 не является, хотя и способна перехватывать баллистические цели. До настоящего времени в качестве перспективной системы такого рода Анкара рассматривала американский комплекс THAAD, но сложившаяся обстановка вновь дает шанс для российских комплексов семейства С-300В с учетом того, что в последних версиях этой системы их возможности сильно возросли.

Предел модернизации

Наземные средства ПВО Швеции, как и ПВО Польши, к настоящему времени уже устарели. Сейчас Швеция располагает старыми американскими ЗРК средней дальности Hawk (шведское обозначение Rb 97), поступившими на вооружение в конце 1960-х гг. и впоследствии модернизированными. Ими оснащены два дивизиона (61-й и 62-й) 6-го полка ПВО (Luftvärnsregementet – Lv6) шведских сухопутных войск.

Разработка ЗРК Hawk началась в США еще в 1952 г., на вооружение американской армии он поступил в 1960-м. Примерным аналогом этого ЗРК является советский комплекс С-125, который в модернизированном виде остается на вооружении в Польше и о котором мы писали в материале о закупках Польшей ЗРК Patriot.

В 1972 г. на вооружение в США приняли модернизированный ЗРК Improved Hawk или I-Hawk. А в 1973 г. был принят обширный многоэтапный план по дальнейшей модернизации наземных средств этого комплекса, состоявший из трех этапов. ЗРК, модернизированные по третьему этапу (Hawk Phase III), поступили на вооружение американской армии в 1989 г. Сейчас комплекс Hawk в США уже снят с вооружения. А в Швеции продолжают эксплуатироваться ЗРК Hawk Phase III, доработанные по третьему этапу модернизации американского проекта. Они оснащены зенитными управляемыми ракетами (ЗУР) MIM-23B. Эти ЗУР, которые были приняты на вооружение в США в 1971 г., не относятся к последним моделям ракет для комплекса Hawk (последние модернизированные ЗУР для ЗРК Hawk MIM-23K/J и MIM-23L/M были приняты на вооружение в США в 1995 г.) и, в отличие от них, не способны бороться с тактическими баллистическими ракетами. Дальность перехвата воздушных целей ЗРК Hawk составляет от 1 до 40 км, высота – от 30 м до 18 км.

В то время как предел модернизации комплекса Hawk уже достигнут, шведские руководители заявляют, что стране необходима система ПВО, способная защитить ее не только от вражеских самолетов, но и от всего спектра угроз. Одной из таких угроз считаются российские баллистические ракеты «Искандер», размещенные в Калининградской области.

Они, как утверждается, угрожают острову Готланд, обороне которого Швеция сейчас уделяет особое внимание, и шведской столице.

Плюс 400 к суверенитету

Россия и Турция заключили крупнейшую в истории отношений двух стран оружейную сделку — президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о подписании контракта на поставку для ВВС страны российской зенитной ракетной системы С-400 «Триумф». Документ стал промежуточным итогом долгой истории поиска Анкарой новой «длинной руки» для своей противовоздушной обороны. Портал iz.ru задумался, для чего туркам необходимо контролировать небо.

Зачем Анкаре ПВО

Зенитно-ракетный комплекс MIM-23 Hawk

История желания Турции приобрести современные зенитные ракетные системы большой дальности тянется давно, со времен снятия с вооружения ЗРК MIM-14 Nike Hercules в начале 1990-х годов. К тому времени эта система 1950–1960-х годов разработки дальностью действия до 140 км, но не способная перехватывать низколетящие цели, окончательно устарела. Последние 25 лет самой дальнобойной системой ПВО, которой располагали вооруженные силы Турции, оставался ЗРК средней дальности MIM-23 Nike Hawk, дальностью до 50 км. Будучи ровесником «Геркулеса», этот комплекс, однако, прошел модернизацию, повысившую его возможности по борьбе с низколетящими целями. В перспективе эта система должна быть заменена на собственную турецкую систему средней дальности HISAR-O.

Возможности этих комплексов обеспечивают максимум оборону отдельных объектов, не позволяя создать зональную систему ПВО или прикрыть войска на театре военных действий.

Для решения этой задачи в 2007 году турецкий секретариат оборонной промышленности объявил тендер T-LORAMIDS (Turkish Long Range Air And Missile Defence System). В продолжавшемся восемь лет отборе участвовали все ведущие мировые производители систем ПВО, включая российский концерн «Алмаз-Антей» с усовершенствованной системой С-300В («Антей-2500»).

Предполагалось, что по итогам тендера Турция выберет партнера, который обеспечит не только поставку вооружений, но и станет донором технологий, развернув в стране производство новой техники. Сроки подведения итогов неоднократно сдвигались, пока в сентябре 2013 года победителем неожиданно для многих не был объявлен Китай в лице компании CPMIEC (China Precision Machinery Import & Export Corp.) с ЗРС HQ-9, представляющей собой китайскую версию семейства С-300П разработки того же «Алмаз-Антея».

Читать еще:  Зенитный ракетный комплекс Nike Hercules (США)

Вместе с тем торг продолжался — ряд экспертов полагали, что объявление о выборе китайской системы стало следствием желания Анкары выбить лучшие условия из европейского концерна EuroSAM и американского Raytheon. Контракт на поставку китайских систем так и не был подписан, а в 2016 году тендер T-LORAMIDS был официально аннулирован.

Вопрос суверенитета

Зенитно-ракетный комплекс Patriot у турецко-сирийской границы

Тем не менее проблема остается, более того, она стала лишь острее: современная политическая ситуация не гарантирует Турции безопасность, несмотря на членство в НАТО. Ранее альянс разворачивал на территории Турции ЗРК Patriot, но действенность этих комплексов, не контролируемых турецкими военными, в условиях охлаждения отношений Анкары и ее союзников по альянсу ставится под сомнение.

Вопрос может быть рассмотрен и с другой стороны: какая система ПВО способна защитить Турцию, если Анкара решится на проведение масштабной войсковой операции против курдов, что теоретически может привести ее к столкновению с союзниками по альянсу пусть и локальному?

Опыт подобных столкновений у Турции уже есть — как минимум в виде оккупации Северного Кипра и вялотекущей холодной войны с Грецией –– несмотря на общее членство в НАТО, две эти страны рассматривают в качестве вероятных противников в первую очередь друг друга.

В этих условиях выбор вооружения американского или европейского производства был бы чреват как минимум угрозой прекращения поставок оборудования и оказания технической поддержки при любом обострении отношений. В случае реального конфликта противник заранее знал бы все возможности турецкой ПВО, что сильно облегчило бы ее подавление, без всяких сказок «о дистанционном отключении радаров и систем управления».

Таким образом выбор между китайскими и российскими предложениями становился естественным, так же, как и жесткая реакция официальных союзников Анкары: еще летом 2017 года министр обороны США Джеймс Мэттис сообщил, что система С-400 никогда не будет совместима с техникой НАТО. По сути, это была завуалированная угроза исключить Турцию из единой системы ПВО альянса, при этом с технической точки зрения заявление главы Пентагона не выдерживает критики. Советские и российские средства ПВО успешно интегрировались в общеблоковую организацию в странах Восточной Европы, при этом в случае с Грецией и Словакией эта возможность была продемонстрирована на системах С-300ПМУ1 и более старых С-300ПТ соответственно.

Боевые расчеты комплексов С-400 «Триумф» во время тренировки

Не вызывало проблем у НАТО и взаимодействие со средствами ПВО советского/российского производства у стран, не входящих в альянс, — на совместных учениях такое взаимодействие обеспечивалось с Финляндией, Украиной, Египтом и рядом других стран, эксплуатирующих такое оружие, включая Российскую Федерацию. Следовательно, основная причина претензий НАТО к возможной закупке российского оружия Анкарой кроется в первую очередь в политических мотивах.

А зачем?

Вопрос, «зачем это всё Москве», тоже по-своему интересен. Отношения Турции и России, прошедшие от умеренно партнерских в начале 2010-х годов к почти враждебным после того, как в ноябре 2015 года над северной Сирией был сбит российский Су-24, постепенно вернулись в норму, особенно после провала организованного прозападным офицерским корпусом военного переворота. В сочетании с прямой поддержкой, которую США и их союзники по НАТО оказывают курдам в Ираке и на северо-востоке Сирии, Москва остается единственным партнером, способным одновременно выступить арбитром в сложных отношениях в четырехугольнике «АнкаракурдыДамаскБагдад», поддержать Турцию в противодействии «Исламскому государству» и помочь в случае ухудшения отношений с Западом.

Для Москвы этот шаг становится естественным способом нарастить свое влияние в Турции и возможностью увеличить продажи высокотехнологичной продукции машиностроения на традиционно западном рынке.

Это понимают и на Западев частности материал, опубликованный в NY Times, говорит о «повороте Турции к Москве», при этом отмечается, что Германия, в настоящее время являющаяся одним из главных партнеров Анкары в военно-техническом сотрудничестве, приостановила поставка своих систем в Турцию.

Трудно сказать, насколько долгим и устойчивым на сей раз окажется партнерство Анкары и Москвы, но потенциальная возможность «выключить» из НАТО одного из его сильнейших членов определенно должна быть использована по максимуму.

Что почем?

С-400 «Триумф» 210-го ордена Красной Звезды зенитного ракетного полка воздушно-космической обороны

Сообщается, что Турция получит четыре дивизиона системы С-400 ценой в $2 млрд. Это означает поставку 32 пусковых установок с четырьмя ракетами на каждой, а также большого количества прочей необходимой техникипунктов управления, радиолокационных станций, транспортно-заряжающих машин, дополнительных ракет и другого оборудования. Кроме того, очевидно необходимым становится оказание услуг по подготовке турецкого персонала. Пока неизвестно, какая доля стоимости будет покрыта Турцией прямо, а какая с помощью кредитных средств, равно как не раскрывается вопрос трансфера технологий. Вместе с тем некоторые специалисты высказывают предположение, что с учетом политической обстановки поставки закупленных четырех дивизионов пойдут непосредственно из России с целью исключить потерю времени на разворачивание производства в Турции, которое, скорее всего, может быть организовано для дополнительных закупок.

Четыре дивизиона — или два полка в современной российской организационно-штатной структуре — не дадут Турции создать систему ПВО в масштабах всей страны, но с учетом мобильности С-400 обеспечат «закрытие» воздушного пространства в нужной зоне в нужное время.

Эффективность этого закрытия, впрочем, будет сильно зависеть как от освоения С-400 турецкими военнослужащими, так и от способности Анкары «вписать» полученное вооружение в собственную систему ПВО, прикрыв комплексы «длинной руки», которыми являются С-400, от возможных атак и обеспечив их информацией. Здесь нужно отметить, что Турция в принципе располагает современными многочисленными военно-воздушными силами, в составе которых имеются в том числе и самолеты дальнего радиолокационного обнаружения и управления, а также арсеналом наземных радаров разных типов, что облегчает решение этой задачи. Наиболее интересным вопросом здесь становится номенклатура ракет, которые получит Турция, в частности, будет ли в их числе «большая ракета» 40Н6, и в целом, каким будет технический облик турецкой системы?

Что дальше?

Турция становится третьей страной, принявшей на вооружение ЗРС С-400 после собственно России и КНР. При этом Россия завершает развертывание группировки С-400 в рамках действующей госпрограммы вооружений ГПВ 20112020 годов, по которой предполагается закупка 56 дивизионов системы.

По состоянию на конец первого полугодия 2017 года в составе Воздушно-космических сил и ПВО ВМФ России развернуто 38 дивизионов, что при темпах поставки 5–6 дивизионов ежегодно обеспечивает завершение программы в 2020–2021 годах.

Учитывая, что объем военных расходов в рамках новой ГПВ 2018–2025 годов будет несколько снижен, вопрос поиска импортеров становится одним из главных. На эту роль, помимо Турции и КНР в настоящее время претендует Алжир (по ряду данных уже проводивший испытания С-400) и Индия, с которой идут переговоры о поставках пяти дивизионов С-400. В числе претендентов называется и ряд других стран, включая Иран, уже получивший С-300 и заинтересованный в дальнейшем развитии своей ПВО.

С-400 «Триумф» на полигоне «Ашулук» во время учений

Для Турции история тоже не заканчиваетсячетырех дивизионов для ПВО такой страны явно недостаточно, при этом Анкара рассчитывает получить и специализированную систему противоракетной обороны, которой универсальная С-400 не является, хотя и способна перехватывать баллистические цели. До настоящего времени в качестве перспективной системы такого рода Анкара рассматривала американский комплекс THAAD, но сложившаяся обстановка вновь дает шанс для российских комплексов семейства С-300В с учетом того, что в последних версиях этой системы их возможности сильно возросли.

Patriot в Прибалтике?

Проявляют интерес к ЗРК Patriot и государства Прибалтики (Литва, Латвия и Эстония). Наземные средства ПВО в вооруженных силах прибалтийских государств представлены переносными зенитными ракетными комплексами (ПЗРК) Stinger и GROM (Литва), RBS 70 (Литва и Латвия) и Mistral (Эстония).

Кроме того, у Литвы есть одна батарея из восьми боевых машин американского ЗРК ближнего действия Avenger, использующего ракеты ПЗРК Stinger. Высота поражения всех упомянутых ракет не превышает 5 км, дальность – не более 8 км. Против «страшных русских «Искандеров» они, конечно, бесполезны, да и против воздушных целей на больших высотах тоже. В то же время у стран Прибалтики нет средств, чтобы даже в складчину закупить ЗРК Patriot для коллективной обороны. Ведь речь идет о миллиардах долларов. Поэтому они уповают на размещение у себя американских ЗРК Patriot или этих ЗРК из состава вооруженных сил других стран НАТО (в свое время переброску комплексов Patriot в Прибалтику совместно отрабатывали Германия и Нидерланды). Как уже упоминалось, в июле 2017 г. на время учений Tobruq Legacy 2017 американцы впервые разместили батарею ЗРК Patriot в Литве (в Шяуляйском уезде). Присутствовавшая на этих учениях президент Литвы Даля Грибаускайте заявила, что что американские зенитно-ракетные комплексы Patriot целесообразно иметь в Балтийском регионе на постоянной основе. В начале августа американские ЗРК покинули Литву, но в том же месяце вопрос об их размещении на постоянной основе уже в Эстонии обсуждался во время визита в Таллин вице-президента США Майкла Пенса. Однако о конкретных сроках речь не шла.

3 апреля 2018 г. во время визита в Вашингтон и встречи с президентом США Дональдом Трампом лидеры прибалтийских государств попросили США чаще направлять комплексы Patriot в их страны для учений.

А 20 апреля министр обороны Литвы Раймундас Кароблис подтвердил, что его страна обратилась к США с просьбой более регулярно развертывать в Прибалтике для проведения учений ЗРК Patriot и ЗРК ближнего радиуса действия Avenger. По его словам, «мы должны обеспечить, чтобы (средства ПВО) могли быть развернуты (в Прибалтике) в любое необходимое время».

Плюс 400 к суверенитету

Россия и Турция заключили крупнейшую в истории отношений двух стран оружейную сделку — президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о подписании контракта на поставку для ВВС страны российской зенитной ракетной системы С-400 «Триумф». Документ стал промежуточным итогом долгой истории поиска Анкарой новой «длинной руки» для своей противовоздушной обороны. Портал iz.ru задумался, для чего туркам необходимо контролировать небо.

Зачем Анкаре ПВО

Зенитно-ракетный комплекс MIM-23 Hawk

История желания Турции приобрести современные зенитные ракетные системы большой дальности тянется давно, со времен снятия с вооружения ЗРК MIM-14 Nike Hercules в начале 1990-х годов. К тому времени эта система 1950–1960-х годов разработки дальностью действия до 140 км, но не способная перехватывать низколетящие цели, окончательно устарела. Последние 25 лет самой дальнобойной системой ПВО, которой располагали вооруженные силы Турции, оставался ЗРК средней дальности MIM-23 Nike Hawk, дальностью до 50 км. Будучи ровесником «Геркулеса», этот комплекс, однако, прошел модернизацию, повысившую его возможности по борьбе с низколетящими целями. В перспективе эта система должна быть заменена на собственную турецкую систему средней дальности HISAR-O.

Возможности этих комплексов обеспечивают максимум оборону отдельных объектов, не позволяя создать зональную систему ПВО или прикрыть войска на театре военных действий.

Для решения этой задачи в 2007 году турецкий секретариат оборонной промышленности объявил тендер T-LORAMIDS (Turkish Long Range Air And Missile Defence System). В продолжавшемся восемь лет отборе участвовали все ведущие мировые производители систем ПВО, включая российский концерн «Алмаз-Антей» с усовершенствованной системой С-300В («Антей-2500»).

Предполагалось, что по итогам тендера Турция выберет партнера, который обеспечит не только поставку вооружений, но и станет донором технологий, развернув в стране производство новой техники. Сроки подведения итогов неоднократно сдвигались, пока в сентябре 2013 года победителем неожиданно для многих не был объявлен Китай в лице компании CPMIEC (China Precision Machinery Import & Export Corp.) с ЗРС HQ-9, представляющей собой китайскую версию семейства С-300П разработки того же «Алмаз-Антея».

Вместе с тем торг продолжался — ряд экспертов полагали, что объявление о выборе китайской системы стало следствием желания Анкары выбить лучшие условия из европейского концерна EuroSAM и американского Raytheon. Контракт на поставку китайских систем так и не был подписан, а в 2016 году тендер T-LORAMIDS был официально аннулирован.

Вопрос суверенитета

Зенитно-ракетный комплекс Patriot у турецко-сирийской границы

Тем не менее проблема остается, более того, она стала лишь острее: современная политическая ситуация не гарантирует Турции безопасность, несмотря на членство в НАТО. Ранее альянс разворачивал на территории Турции ЗРК Patriot, но действенность этих комплексов, не контролируемых турецкими военными, в условиях охлаждения отношений Анкары и ее союзников по альянсу ставится под сомнение.

Вопрос может быть рассмотрен и с другой стороны: какая система ПВО способна защитить Турцию, если Анкара решится на проведение масштабной войсковой операции против курдов, что теоретически может привести ее к столкновению с союзниками по альянсу пусть и локальному?

Опыт подобных столкновений у Турции уже есть — как минимум в виде оккупации Северного Кипра и вялотекущей холодной войны с Грецией –– несмотря на общее членство в НАТО, две эти страны рассматривают в качестве вероятных противников в первую очередь друг друга.

В этих условиях выбор вооружения американского или европейского производства был бы чреват как минимум угрозой прекращения поставок оборудования и оказания технической поддержки при любом обострении отношений. В случае реального конфликта противник заранее знал бы все возможности турецкой ПВО, что сильно облегчило бы ее подавление, без всяких сказок «о дистанционном отключении радаров и систем управления».

Таким образом выбор между китайскими и российскими предложениями становился естественным, так же, как и жесткая реакция официальных союзников Анкары: еще летом 2017 года министр обороны США Джеймс Мэттис сообщил, что система С-400 никогда не будет совместима с техникой НАТО. По сути, это была завуалированная угроза исключить Турцию из единой системы ПВО альянса, при этом с технической точки зрения заявление главы Пентагона не выдерживает критики. Советские и российские средства ПВО успешно интегрировались в общеблоковую организацию в странах Восточной Европы, при этом в случае с Грецией и Словакией эта возможность была продемонстрирована на системах С-300ПМУ1 и более старых С-300ПТ соответственно.

Боевые расчеты комплексов С-400 «Триумф» во время тренировки

Не вызывало проблем у НАТО и взаимодействие со средствами ПВО советского/российского производства у стран, не входящих в альянс, — на совместных учениях такое взаимодействие обеспечивалось с Финляндией, Украиной, Египтом и рядом других стран, эксплуатирующих такое оружие, включая Российскую Федерацию. Следовательно, основная причина претензий НАТО к возможной закупке российского оружия Анкарой кроется в первую очередь в политических мотивах.

А зачем?

Вопрос, «зачем это всё Москве», тоже по-своему интересен. Отношения Турции и России, прошедшие от умеренно партнерских в начале 2010-х годов к почти враждебным после того, как в ноябре 2015 года над северной Сирией был сбит российский Су-24, постепенно вернулись в норму, особенно после провала организованного прозападным офицерским корпусом военного переворота. В сочетании с прямой поддержкой, которую США и их союзники по НАТО оказывают курдам в Ираке и на северо-востоке Сирии, Москва остается единственным партнером, способным одновременно выступить арбитром в сложных отношениях в четырехугольнике «АнкаракурдыДамаскБагдад», поддержать Турцию в противодействии «Исламскому государству» и помочь в случае ухудшения отношений с Западом.

Читать еще:  Реактивная система залпового огня «Град» (СССР)

Для Москвы этот шаг становится естественным способом нарастить свое влияние в Турции и возможностью увеличить продажи высокотехнологичной продукции машиностроения на традиционно западном рынке.

Это понимают и на Западев частности материал, опубликованный в NY Times, говорит о «повороте Турции к Москве», при этом отмечается, что Германия, в настоящее время являющаяся одним из главных партнеров Анкары в военно-техническом сотрудничестве, приостановила поставка своих систем в Турцию.

Трудно сказать, насколько долгим и устойчивым на сей раз окажется партнерство Анкары и Москвы, но потенциальная возможность «выключить» из НАТО одного из его сильнейших членов определенно должна быть использована по максимуму.

Что почем?

С-400 «Триумф» 210-го ордена Красной Звезды зенитного ракетного полка воздушно-космической обороны

Сообщается, что Турция получит четыре дивизиона системы С-400 ценой в $2 млрд. Это означает поставку 32 пусковых установок с четырьмя ракетами на каждой, а также большого количества прочей необходимой техникипунктов управления, радиолокационных станций, транспортно-заряжающих машин, дополнительных ракет и другого оборудования. Кроме того, очевидно необходимым становится оказание услуг по подготовке турецкого персонала. Пока неизвестно, какая доля стоимости будет покрыта Турцией прямо, а какая с помощью кредитных средств, равно как не раскрывается вопрос трансфера технологий. Вместе с тем некоторые специалисты высказывают предположение, что с учетом политической обстановки поставки закупленных четырех дивизионов пойдут непосредственно из России с целью исключить потерю времени на разворачивание производства в Турции, которое, скорее всего, может быть организовано для дополнительных закупок.

Четыре дивизиона — или два полка в современной российской организационно-штатной структуре — не дадут Турции создать систему ПВО в масштабах всей страны, но с учетом мобильности С-400 обеспечат «закрытие» воздушного пространства в нужной зоне в нужное время.

Эффективность этого закрытия, впрочем, будет сильно зависеть как от освоения С-400 турецкими военнослужащими, так и от способности Анкары «вписать» полученное вооружение в собственную систему ПВО, прикрыв комплексы «длинной руки», которыми являются С-400, от возможных атак и обеспечив их информацией. Здесь нужно отметить, что Турция в принципе располагает современными многочисленными военно-воздушными силами, в составе которых имеются в том числе и самолеты дальнего радиолокационного обнаружения и управления, а также арсеналом наземных радаров разных типов, что облегчает решение этой задачи. Наиболее интересным вопросом здесь становится номенклатура ракет, которые получит Турция, в частности, будет ли в их числе «большая ракета» 40Н6, и в целом, каким будет технический облик турецкой системы?

Что дальше?

Турция становится третьей страной, принявшей на вооружение ЗРС С-400 после собственно России и КНР. При этом Россия завершает развертывание группировки С-400 в рамках действующей госпрограммы вооружений ГПВ 20112020 годов, по которой предполагается закупка 56 дивизионов системы.

По состоянию на конец первого полугодия 2017 года в составе Воздушно-космических сил и ПВО ВМФ России развернуто 38 дивизионов, что при темпах поставки 5–6 дивизионов ежегодно обеспечивает завершение программы в 2020–2021 годах.

Учитывая, что объем военных расходов в рамках новой ГПВ 2018–2025 годов будет несколько снижен, вопрос поиска импортеров становится одним из главных. На эту роль, помимо Турции и КНР в настоящее время претендует Алжир (по ряду данных уже проводивший испытания С-400) и Индия, с которой идут переговоры о поставках пяти дивизионов С-400. В числе претендентов называется и ряд других стран, включая Иран, уже получивший С-300 и заинтересованный в дальнейшем развитии своей ПВО.

С-400 «Триумф» на полигоне «Ашулук» во время учений

Для Турции история тоже не заканчиваетсячетырех дивизионов для ПВО такой страны явно недостаточно, при этом Анкара рассчитывает получить и специализированную систему противоракетной обороны, которой универсальная С-400 не является, хотя и способна перехватывать баллистические цели. До настоящего времени в качестве перспективной системы такого рода Анкара рассматривала американский комплекс THAAD, но сложившаяся обстановка вновь дает шанс для российских комплексов семейства С-300В с учетом того, что в последних версиях этой системы их возможности сильно возросли.

Балтийская «гонка вооружений»?

Кроме Норвегии комплексы NASAMS 2 состоят на вооружении также в Нидерландах, Финляндии (в которой они заменили российские ЗРК 9К37М1 «Бук-М1» (SА-11 Gadfly)), Омане и Чили. Кроме того, они заказаны Индонезией и Австралией. В США первый вариант комплекса NASAMS с 2005 г. в небольшом количестве используется для ПВО столицы страны Вашингтона.

Мы видим, что сейчас в Балтийском регионе наблюдается своего рода «гонка вооружений» в области зенитного ракетного оружия: Польша и Швеция закупают американские комплексы Patriot, Литва – норвежско-американские NASAMS 2.

Изучаются варианты дальнейшего укрепления ПВО и в Финляндии, в 2009 г. заключившей контракт на закупку NASAMS 2 и получившей эти комплексы в 2011 г. Не остается в стороне и Россия, разместившая зенитные ракетные системы (ЗРС) С-400 «Триумф» в Калининградской и Ленинградской областях. Объявлено, что в 2018 г. соединение ПВО Балтийского флота пополнится еще одним зенитным ракетным комплексом С-400.

Само по себе наращивание оборонительных вооружений в Балтийском регионе, казалось бы, не должно беспокоить. В конце концов, если страны укрепляют свои «щиты», то это создает проблему только для потенциальных агрессоров. Но проблема в том, что «щит» потенциально может быть использован и для прикрытия удара «мечом», чтобы снизить собственные потери при ответном ударе.

Именно эта логика привела к заключению в 1972 г. Договора об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО) между СССР и США (прекратил действие в 2002 г. после одностороннего выхода из него Соединенных Штатов). И именно поэтому военные всех государств отрабатывают средства и способы прорыва ПВО вероятного противника.

Не являются исключением даже нейтральные Швеция и Финляндия – их ВВС с 2013 г. совместно с самолетами стран НАТО участвуют в учениях Arctic Challenge, проводимых на территориях этих государств. Причем учения носят явно наступательный характер – в ходе их проведения отрабатывается в том числе поражение наземных целей и прорыв ПВО.

Кроме того, чтобы прорвать ПВО вероятного противника, государства Балтийского региона закупают и более совершенные системы вооружения. Так, Финляндия и Польша входят в число всего лишь четырех стран мира (включая США), ВВС которых имеют американские малозаметные крылатые ракеты AGM-158 JASSM. 14 апреля 2018 г. американцы впервые применили такие ракеты в боевых условиях во время удара по Сирии. Причем среди возможных мишеней для польских JASSM прямо называются ЗРС С-400 в Калининградской области. И именно с целью разведки сил ПВО РФ осуществляется значительная часть разведывательных полетов ВВС стран НАТО и Швеции у российских границ на Балтике.

Балтийский регион, таким образом, рискует попасть в заколдованный круг «оборона» – «средства прорыва обороны» – «еще более сильная оборона» – «еще более совершенные средства прорыва обороны» и далее, и далее, и далее… Сделает ли это регион более безопасным? Крайне сомнительно.

Для обеспечения безопасности гораздо полезнее диалог и поиск тех областей, где Россия и другие страны региона, несмотря на разногласия, смогут работать вместе. Ибо если страны не начнут откровенно и конструктивно говорить друг с другом, есть большой риск того, что в итоге заговорят пушки (или в современных условиях ракеты).

Плюс 400 к суверенитету

Россия и Турция заключили крупнейшую в истории отношений двух стран оружейную сделку — президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о подписании контракта на поставку для ВВС страны российской зенитной ракетной системы С-400 «Триумф». Документ стал промежуточным итогом долгой истории поиска Анкарой новой «длинной руки» для своей противовоздушной обороны. Портал iz.ru задумался, для чего туркам необходимо контролировать небо.

Зачем Анкаре ПВО

Зенитно-ракетный комплекс MIM-23 Hawk

История желания Турции приобрести современные зенитные ракетные системы большой дальности тянется давно, со времен снятия с вооружения ЗРК MIM-14 Nike Hercules в начале 1990-х годов. К тому времени эта система 1950–1960-х годов разработки дальностью действия до 140 км, но не способная перехватывать низколетящие цели, окончательно устарела. Последние 25 лет самой дальнобойной системой ПВО, которой располагали вооруженные силы Турции, оставался ЗРК средней дальности MIM-23 Nike Hawk, дальностью до 50 км. Будучи ровесником «Геркулеса», этот комплекс, однако, прошел модернизацию, повысившую его возможности по борьбе с низколетящими целями. В перспективе эта система должна быть заменена на собственную турецкую систему средней дальности HISAR-O.

Возможности этих комплексов обеспечивают максимум оборону отдельных объектов, не позволяя создать зональную систему ПВО или прикрыть войска на театре военных действий.

Для решения этой задачи в 2007 году турецкий секретариат оборонной промышленности объявил тендер T-LORAMIDS (Turkish Long Range Air And Missile Defence System). В продолжавшемся восемь лет отборе участвовали все ведущие мировые производители систем ПВО, включая российский концерн «Алмаз-Антей» с усовершенствованной системой С-300В («Антей-2500»).

Предполагалось, что по итогам тендера Турция выберет партнера, который обеспечит не только поставку вооружений, но и станет донором технологий, развернув в стране производство новой техники. Сроки подведения итогов неоднократно сдвигались, пока в сентябре 2013 года победителем неожиданно для многих не был объявлен Китай в лице компании CPMIEC (China Precision Machinery Import & Export Corp.) с ЗРС HQ-9, представляющей собой китайскую версию семейства С-300П разработки того же «Алмаз-Антея».

Вместе с тем торг продолжался — ряд экспертов полагали, что объявление о выборе китайской системы стало следствием желания Анкары выбить лучшие условия из европейского концерна EuroSAM и американского Raytheon. Контракт на поставку китайских систем так и не был подписан, а в 2016 году тендер T-LORAMIDS был официально аннулирован.

Вопрос суверенитета

Зенитно-ракетный комплекс Patriot у турецко-сирийской границы

Тем не менее проблема остается, более того, она стала лишь острее: современная политическая ситуация не гарантирует Турции безопасность, несмотря на членство в НАТО. Ранее альянс разворачивал на территории Турции ЗРК Patriot, но действенность этих комплексов, не контролируемых турецкими военными, в условиях охлаждения отношений Анкары и ее союзников по альянсу ставится под сомнение.

Вопрос может быть рассмотрен и с другой стороны: какая система ПВО способна защитить Турцию, если Анкара решится на проведение масштабной войсковой операции против курдов, что теоретически может привести ее к столкновению с союзниками по альянсу пусть и локальному?

Опыт подобных столкновений у Турции уже есть — как минимум в виде оккупации Северного Кипра и вялотекущей холодной войны с Грецией –– несмотря на общее членство в НАТО, две эти страны рассматривают в качестве вероятных противников в первую очередь друг друга.

В этих условиях выбор вооружения американского или европейского производства был бы чреват как минимум угрозой прекращения поставок оборудования и оказания технической поддержки при любом обострении отношений. В случае реального конфликта противник заранее знал бы все возможности турецкой ПВО, что сильно облегчило бы ее подавление, без всяких сказок «о дистанционном отключении радаров и систем управления».

Таким образом выбор между китайскими и российскими предложениями становился естественным, так же, как и жесткая реакция официальных союзников Анкары: еще летом 2017 года министр обороны США Джеймс Мэттис сообщил, что система С-400 никогда не будет совместима с техникой НАТО. По сути, это была завуалированная угроза исключить Турцию из единой системы ПВО альянса, при этом с технической точки зрения заявление главы Пентагона не выдерживает критики. Советские и российские средства ПВО успешно интегрировались в общеблоковую организацию в странах Восточной Европы, при этом в случае с Грецией и Словакией эта возможность была продемонстрирована на системах С-300ПМУ1 и более старых С-300ПТ соответственно.

Боевые расчеты комплексов С-400 «Триумф» во время тренировки

Не вызывало проблем у НАТО и взаимодействие со средствами ПВО советского/российского производства у стран, не входящих в альянс, — на совместных учениях такое взаимодействие обеспечивалось с Финляндией, Украиной, Египтом и рядом других стран, эксплуатирующих такое оружие, включая Российскую Федерацию. Следовательно, основная причина претензий НАТО к возможной закупке российского оружия Анкарой кроется в первую очередь в политических мотивах.

А зачем?

Вопрос, «зачем это всё Москве», тоже по-своему интересен. Отношения Турции и России, прошедшие от умеренно партнерских в начале 2010-х годов к почти враждебным после того, как в ноябре 2015 года над северной Сирией был сбит российский Су-24, постепенно вернулись в норму, особенно после провала организованного прозападным офицерским корпусом военного переворота. В сочетании с прямой поддержкой, которую США и их союзники по НАТО оказывают курдам в Ираке и на северо-востоке Сирии, Москва остается единственным партнером, способным одновременно выступить арбитром в сложных отношениях в четырехугольнике «АнкаракурдыДамаскБагдад», поддержать Турцию в противодействии «Исламскому государству» и помочь в случае ухудшения отношений с Западом.

Для Москвы этот шаг становится естественным способом нарастить свое влияние в Турции и возможностью увеличить продажи высокотехнологичной продукции машиностроения на традиционно западном рынке.

Это понимают и на Западев частности материал, опубликованный в NY Times, говорит о «повороте Турции к Москве», при этом отмечается, что Германия, в настоящее время являющаяся одним из главных партнеров Анкары в военно-техническом сотрудничестве, приостановила поставка своих систем в Турцию.

Трудно сказать, насколько долгим и устойчивым на сей раз окажется партнерство Анкары и Москвы, но потенциальная возможность «выключить» из НАТО одного из его сильнейших членов определенно должна быть использована по максимуму.

Что почем?

С-400 «Триумф» 210-го ордена Красной Звезды зенитного ракетного полка воздушно-космической обороны

Сообщается, что Турция получит четыре дивизиона системы С-400 ценой в $2 млрд. Это означает поставку 32 пусковых установок с четырьмя ракетами на каждой, а также большого количества прочей необходимой техникипунктов управления, радиолокационных станций, транспортно-заряжающих машин, дополнительных ракет и другого оборудования. Кроме того, очевидно необходимым становится оказание услуг по подготовке турецкого персонала. Пока неизвестно, какая доля стоимости будет покрыта Турцией прямо, а какая с помощью кредитных средств, равно как не раскрывается вопрос трансфера технологий. Вместе с тем некоторые специалисты высказывают предположение, что с учетом политической обстановки поставки закупленных четырех дивизионов пойдут непосредственно из России с целью исключить потерю времени на разворачивание производства в Турции, которое, скорее всего, может быть организовано для дополнительных закупок.

Четыре дивизиона — или два полка в современной российской организационно-штатной структуре — не дадут Турции создать систему ПВО в масштабах всей страны, но с учетом мобильности С-400 обеспечат «закрытие» воздушного пространства в нужной зоне в нужное время.

Эффективность этого закрытия, впрочем, будет сильно зависеть как от освоения С-400 турецкими военнослужащими, так и от способности Анкары «вписать» полученное вооружение в собственную систему ПВО, прикрыв комплексы «длинной руки», которыми являются С-400, от возможных атак и обеспечив их информацией. Здесь нужно отметить, что Турция в принципе располагает современными многочисленными военно-воздушными силами, в составе которых имеются в том числе и самолеты дальнего радиолокационного обнаружения и управления, а также арсеналом наземных радаров разных типов, что облегчает решение этой задачи. Наиболее интересным вопросом здесь становится номенклатура ракет, которые получит Турция, в частности, будет ли в их числе «большая ракета» 40Н6, и в целом, каким будет технический облик турецкой системы?

Читать еще:  Корабельная артиллерийская установка АК-176 (СССР)

Что дальше?

Турция становится третьей страной, принявшей на вооружение ЗРС С-400 после собственно России и КНР. При этом Россия завершает развертывание группировки С-400 в рамках действующей госпрограммы вооружений ГПВ 20112020 годов, по которой предполагается закупка 56 дивизионов системы.

По состоянию на конец первого полугодия 2017 года в составе Воздушно-космических сил и ПВО ВМФ России развернуто 38 дивизионов, что при темпах поставки 5–6 дивизионов ежегодно обеспечивает завершение программы в 2020–2021 годах.

Учитывая, что объем военных расходов в рамках новой ГПВ 2018–2025 годов будет несколько снижен, вопрос поиска импортеров становится одним из главных. На эту роль, помимо Турции и КНР в настоящее время претендует Алжир (по ряду данных уже проводивший испытания С-400) и Индия, с которой идут переговоры о поставках пяти дивизионов С-400. В числе претендентов называется и ряд других стран, включая Иран, уже получивший С-300 и заинтересованный в дальнейшем развитии своей ПВО.

С-400 «Триумф» на полигоне «Ашулук» во время учений

Для Турции история тоже не заканчиваетсячетырех дивизионов для ПВО такой страны явно недостаточно, при этом Анкара рассчитывает получить и специализированную систему противоракетной обороны, которой универсальная С-400 не является, хотя и способна перехватывать баллистические цели. До настоящего времени в качестве перспективной системы такого рода Анкара рассматривала американский комплекс THAAD, но сложившаяся обстановка вновь дает шанс для российских комплексов семейства С-300В с учетом того, что в последних версиях этой системы их возможности сильно возросли.

Предел модернизации

Наземные средства ПВО Швеции, как и ПВО Польши, к настоящему времени уже устарели. Сейчас Швеция располагает старыми американскими ЗРК средней дальности Hawk (шведское обозначение Rb 97), поступившими на вооружение в конце 1960-х гг. и впоследствии модернизированными. Ими оснащены два дивизиона (61-й и 62-й) 6-го полка ПВО (Luftvärnsregementet – Lv6) шведских сухопутных войск.

Разработка ЗРК Hawk началась в США еще в 1952 г., на вооружение американской армии он поступил в 1960-м. Примерным аналогом этого ЗРК является советский комплекс С-125, который в модернизированном виде остается на вооружении в Польше и о котором мы писали в материале о закупках Польшей ЗРК Patriot.

В 1972 г. на вооружение в США приняли модернизированный ЗРК Improved Hawk или I-Hawk. А в 1973 г. был принят обширный многоэтапный план по дальнейшей модернизации наземных средств этого комплекса, состоявший из трех этапов. ЗРК, модернизированные по третьему этапу (Hawk Phase III), поступили на вооружение американской армии в 1989 г. Сейчас комплекс Hawk в США уже снят с вооружения. А в Швеции продолжают эксплуатироваться ЗРК Hawk Phase III, доработанные по третьему этапу модернизации американского проекта. Они оснащены зенитными управляемыми ракетами (ЗУР) MIM-23B. Эти ЗУР, которые были приняты на вооружение в США в 1971 г., не относятся к последним моделям ракет для комплекса Hawk (последние модернизированные ЗУР для ЗРК Hawk MIM-23K/J и MIM-23L/M были приняты на вооружение в США в 1995 г.) и, в отличие от них, не способны бороться с тактическими баллистическими ракетами. Дальность перехвата воздушных целей ЗРК Hawk составляет от 1 до 40 км, высота – от 30 м до 18 км.

В то время как предел модернизации комплекса Hawk уже достигнут, шведские руководители заявляют, что стране необходима система ПВО, способная защитить ее не только от вражеских самолетов, но и от всего спектра угроз. Одной из таких угроз считаются российские баллистические ракеты «Искандер», размещенные в Калининградской области.

Они, как утверждается, угрожают острову Готланд, обороне которого Швеция сейчас уделяет особое внимание, и шведской столице.

Плюс 400 к суверенитету

Россия и Турция заключили крупнейшую в истории отношений двух стран оружейную сделку — президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о подписании контракта на поставку для ВВС страны российской зенитной ракетной системы С-400 «Триумф». Документ стал промежуточным итогом долгой истории поиска Анкарой новой «длинной руки» для своей противовоздушной обороны. Портал iz.ru задумался, для чего туркам необходимо контролировать небо.

Зачем Анкаре ПВО

Зенитно-ракетный комплекс MIM-23 Hawk

История желания Турции приобрести современные зенитные ракетные системы большой дальности тянется давно, со времен снятия с вооружения ЗРК MIM-14 Nike Hercules в начале 1990-х годов. К тому времени эта система 1950–1960-х годов разработки дальностью действия до 140 км, но не способная перехватывать низколетящие цели, окончательно устарела. Последние 25 лет самой дальнобойной системой ПВО, которой располагали вооруженные силы Турции, оставался ЗРК средней дальности MIM-23 Nike Hawk, дальностью до 50 км. Будучи ровесником «Геркулеса», этот комплекс, однако, прошел модернизацию, повысившую его возможности по борьбе с низколетящими целями. В перспективе эта система должна быть заменена на собственную турецкую систему средней дальности HISAR-O.

Возможности этих комплексов обеспечивают максимум оборону отдельных объектов, не позволяя создать зональную систему ПВО или прикрыть войска на театре военных действий.

Для решения этой задачи в 2007 году турецкий секретариат оборонной промышленности объявил тендер T-LORAMIDS (Turkish Long Range Air And Missile Defence System). В продолжавшемся восемь лет отборе участвовали все ведущие мировые производители систем ПВО, включая российский концерн «Алмаз-Антей» с усовершенствованной системой С-300В («Антей-2500»).

Предполагалось, что по итогам тендера Турция выберет партнера, который обеспечит не только поставку вооружений, но и станет донором технологий, развернув в стране производство новой техники. Сроки подведения итогов неоднократно сдвигались, пока в сентябре 2013 года победителем неожиданно для многих не был объявлен Китай в лице компании CPMIEC (China Precision Machinery Import & Export Corp.) с ЗРС HQ-9, представляющей собой китайскую версию семейства С-300П разработки того же «Алмаз-Антея».

Вместе с тем торг продолжался — ряд экспертов полагали, что объявление о выборе китайской системы стало следствием желания Анкары выбить лучшие условия из европейского концерна EuroSAM и американского Raytheon. Контракт на поставку китайских систем так и не был подписан, а в 2016 году тендер T-LORAMIDS был официально аннулирован.

Вопрос суверенитета

Зенитно-ракетный комплекс Patriot у турецко-сирийской границы

Тем не менее проблема остается, более того, она стала лишь острее: современная политическая ситуация не гарантирует Турции безопасность, несмотря на членство в НАТО. Ранее альянс разворачивал на территории Турции ЗРК Patriot, но действенность этих комплексов, не контролируемых турецкими военными, в условиях охлаждения отношений Анкары и ее союзников по альянсу ставится под сомнение.

Вопрос может быть рассмотрен и с другой стороны: какая система ПВО способна защитить Турцию, если Анкара решится на проведение масштабной войсковой операции против курдов, что теоретически может привести ее к столкновению с союзниками по альянсу пусть и локальному?

Опыт подобных столкновений у Турции уже есть — как минимум в виде оккупации Северного Кипра и вялотекущей холодной войны с Грецией –– несмотря на общее членство в НАТО, две эти страны рассматривают в качестве вероятных противников в первую очередь друг друга.

В этих условиях выбор вооружения американского или европейского производства был бы чреват как минимум угрозой прекращения поставок оборудования и оказания технической поддержки при любом обострении отношений. В случае реального конфликта противник заранее знал бы все возможности турецкой ПВО, что сильно облегчило бы ее подавление, без всяких сказок «о дистанционном отключении радаров и систем управления».

Таким образом выбор между китайскими и российскими предложениями становился естественным, так же, как и жесткая реакция официальных союзников Анкары: еще летом 2017 года министр обороны США Джеймс Мэттис сообщил, что система С-400 никогда не будет совместима с техникой НАТО. По сути, это была завуалированная угроза исключить Турцию из единой системы ПВО альянса, при этом с технической точки зрения заявление главы Пентагона не выдерживает критики. Советские и российские средства ПВО успешно интегрировались в общеблоковую организацию в странах Восточной Европы, при этом в случае с Грецией и Словакией эта возможность была продемонстрирована на системах С-300ПМУ1 и более старых С-300ПТ соответственно.

Боевые расчеты комплексов С-400 «Триумф» во время тренировки

Не вызывало проблем у НАТО и взаимодействие со средствами ПВО советского/российского производства у стран, не входящих в альянс, — на совместных учениях такое взаимодействие обеспечивалось с Финляндией, Украиной, Египтом и рядом других стран, эксплуатирующих такое оружие, включая Российскую Федерацию. Следовательно, основная причина претензий НАТО к возможной закупке российского оружия Анкарой кроется в первую очередь в политических мотивах.

А зачем?

Вопрос, «зачем это всё Москве», тоже по-своему интересен. Отношения Турции и России, прошедшие от умеренно партнерских в начале 2010-х годов к почти враждебным после того, как в ноябре 2015 года над северной Сирией был сбит российский Су-24, постепенно вернулись в норму, особенно после провала организованного прозападным офицерским корпусом военного переворота. В сочетании с прямой поддержкой, которую США и их союзники по НАТО оказывают курдам в Ираке и на северо-востоке Сирии, Москва остается единственным партнером, способным одновременно выступить арбитром в сложных отношениях в четырехугольнике «АнкаракурдыДамаскБагдад», поддержать Турцию в противодействии «Исламскому государству» и помочь в случае ухудшения отношений с Западом.

Для Москвы этот шаг становится естественным способом нарастить свое влияние в Турции и возможностью увеличить продажи высокотехнологичной продукции машиностроения на традиционно западном рынке.

Это понимают и на Западев частности материал, опубликованный в NY Times, говорит о «повороте Турции к Москве», при этом отмечается, что Германия, в настоящее время являющаяся одним из главных партнеров Анкары в военно-техническом сотрудничестве, приостановила поставка своих систем в Турцию.

Трудно сказать, насколько долгим и устойчивым на сей раз окажется партнерство Анкары и Москвы, но потенциальная возможность «выключить» из НАТО одного из его сильнейших членов определенно должна быть использована по максимуму.

Что почем?

С-400 «Триумф» 210-го ордена Красной Звезды зенитного ракетного полка воздушно-космической обороны

Сообщается, что Турция получит четыре дивизиона системы С-400 ценой в $2 млрд. Это означает поставку 32 пусковых установок с четырьмя ракетами на каждой, а также большого количества прочей необходимой техникипунктов управления, радиолокационных станций, транспортно-заряжающих машин, дополнительных ракет и другого оборудования. Кроме того, очевидно необходимым становится оказание услуг по подготовке турецкого персонала. Пока неизвестно, какая доля стоимости будет покрыта Турцией прямо, а какая с помощью кредитных средств, равно как не раскрывается вопрос трансфера технологий. Вместе с тем некоторые специалисты высказывают предположение, что с учетом политической обстановки поставки закупленных четырех дивизионов пойдут непосредственно из России с целью исключить потерю времени на разворачивание производства в Турции, которое, скорее всего, может быть организовано для дополнительных закупок.

Четыре дивизиона — или два полка в современной российской организационно-штатной структуре — не дадут Турции создать систему ПВО в масштабах всей страны, но с учетом мобильности С-400 обеспечат «закрытие» воздушного пространства в нужной зоне в нужное время.

Эффективность этого закрытия, впрочем, будет сильно зависеть как от освоения С-400 турецкими военнослужащими, так и от способности Анкары «вписать» полученное вооружение в собственную систему ПВО, прикрыв комплексы «длинной руки», которыми являются С-400, от возможных атак и обеспечив их информацией. Здесь нужно отметить, что Турция в принципе располагает современными многочисленными военно-воздушными силами, в составе которых имеются в том числе и самолеты дальнего радиолокационного обнаружения и управления, а также арсеналом наземных радаров разных типов, что облегчает решение этой задачи. Наиболее интересным вопросом здесь становится номенклатура ракет, которые получит Турция, в частности, будет ли в их числе «большая ракета» 40Н6, и в целом, каким будет технический облик турецкой системы?

Что дальше?

Турция становится третьей страной, принявшей на вооружение ЗРС С-400 после собственно России и КНР. При этом Россия завершает развертывание группировки С-400 в рамках действующей госпрограммы вооружений ГПВ 20112020 годов, по которой предполагается закупка 56 дивизионов системы.

По состоянию на конец первого полугодия 2017 года в составе Воздушно-космических сил и ПВО ВМФ России развернуто 38 дивизионов, что при темпах поставки 5–6 дивизионов ежегодно обеспечивает завершение программы в 2020–2021 годах.

Учитывая, что объем военных расходов в рамках новой ГПВ 2018–2025 годов будет несколько снижен, вопрос поиска импортеров становится одним из главных. На эту роль, помимо Турции и КНР в настоящее время претендует Алжир (по ряду данных уже проводивший испытания С-400) и Индия, с которой идут переговоры о поставках пяти дивизионов С-400. В числе претендентов называется и ряд других стран, включая Иран, уже получивший С-300 и заинтересованный в дальнейшем развитии своей ПВО.

С-400 «Триумф» на полигоне «Ашулук» во время учений

Для Турции история тоже не заканчиваетсячетырех дивизионов для ПВО такой страны явно недостаточно, при этом Анкара рассчитывает получить и специализированную систему противоракетной обороны, которой универсальная С-400 не является, хотя и способна перехватывать баллистические цели. До настоящего времени в качестве перспективной системы такого рода Анкара рассматривала американский комплекс THAAD, но сложившаяся обстановка вновь дает шанс для российских комплексов семейства С-300В с учетом того, что в последних версиях этой системы их возможности сильно возросли.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector