0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Россия должна послать США, собирающиеся милитаризировать космос, на три буквы: АКС

Содержание

Россия должна послать США, собирающиеся милитаризировать космос, на три буквы: АКС

Начиная с запуска первого искусственного спутника Земли (ИСЗ), человечество свыше 60 лет пытается выйти за пределы околоземного пространства. В качестве основного инструмента для выполнения космических полетов были выбраны ракеты. Выбор был сделан осознанно и одновременно в США и СССР.

Первыми стали мы: запустив искусственный спутник и отправив Юрия Гагарина на орбиту нашей планеты. Оба эти события открыли гонку космических достижений, которая шла с переменным успехом. Поначалу в количестве запусков до 1965 года лидировали США, но затем пальму первенства надолго перехватил и удерживал СССР — вплоть до своего развала в 1991 году. Безусловно, по количеству запусков наша страна до сих пор опережает США — примерно в два раза по состоянию на 2017 год. От двух лидеров значительно отстают другие — Евросоюз (агентство ECA), Япония, Китай, Индия и Израиль.

Все эти запуски внесли огромный вклад в изучение жизнедеятельности человека в условиях открытого космоса (скафандры, питание, орбитальные станции) и позволили провести многочисленные научные эксперименты.

КПД, как у. паровоза

Для этого были построены космодромы и созданы уникальные ракеты, проведено свыше 5,5 тысяч запусков. Перечислю 10 наиболее известных тяжелых ракет-носителей, с которыми человечество сделало прорыв за пространство околоземной орбиты.

Первое, что бросается в глаза, — это доля полезного груза по отношению к стартовой массе ракеты-носителя и стоимость запуска. Как видно, КПД самых мощных ракет-носителей меньше или равно КПД паровоза, который, как известно, составляет 5-9%.

ТАБЛИЦА

Как говорится, хотели, как лучше, — прорыв к звездам, а получили, как всегда, — паровоз, но космический. Все дальнейшие попытки ученых Земли не приводят к существенным сдвигам этого КПД. Космос так и остается дорогим увлечением технологически развитых государств.

В чем же ошибка в освоении космоса человеком?

Война в космосе — уже не фантастика

Она в том, что запуски РН рассматривались только как единственный надежный, успешный и перспективный способ в деле освоения космоса человеком.

Любой здравомыслящий финансист, оценив проект, чья рентабельность низка или убыточна, его закроет. В космических проектах все выглядит иначе — они вне правил рентабельности. Именно поэтому их финансируют из государственного и военного бюджетов. Поэтому запуски продолжаются, разнообразие ракет только множится, а стоимость полезной нагрузки вроде бы еще и уменьшается, особенно у Илона Маска.

Если произвести простейший пересчет стоимости количества космических запусков начиная с 1957 года, прибавить затраты на строительство космодромов, содержание инфраструктуры и добавить «цену» всей космической отрасли с ее многочисленными КБ, ОКБ, заводами, ЦУПами и прочим, то цифра затрат на освоение космоса станет неимоверно, неисчислимо огромной. Классическое «из пушки по воробьям» будет здесь справедливой формулировкой.

Но космические полеты по-прежнему нужны и важны. Дело в том, что картина внешних угроз претерпела значительные изменения. Начиная с Первой мировой войны, приоритет главной стратегической силы сместился от сухопутных войск вначале на бронетанковые войска, потом на авиацию, затем на ракетные войска, а теперь остановился на одновременном применении оружия с моря, воздуха и из космоса. Так это изложено, к примеру, в американской стратегии «Глобального мгновенного удара».

Военные технологии, по сути достигшие в начале 2000-х тупика в развитии, переориентировались на обычные (неядерные) высокоточные средства поражения. Последняя новомодная тенденция — это нанесение высокоточного удара с орбиты беспилотным дроном по любой цели, как стационарной, так и мобильной. Беспилотные технологии активно развиваются, качество БЛА совершенствуется с каждым годом.

Космос не стал исключением для развития таких технологий. Находящийся сейчас на орбите американский аппарат Х-37В, — это тот же беспилотник. Но, в отличие от спутника-шпиона, он возвращается с орбиты и может на орбите маневрировать, делая задачу по своему уничтожению для существующих и перспективных средств ПРО практически невыполнимой.

Командование Вооруженных сил России, прогнозируя растущую угрозу милитаризации космоса, уже сделало первый шаг для ее парирования: в августе 2015 года созданы Воздушно-космические силы, объединившие в своем составе Космические войска, ПВО и ВВС. Второй шаг — это строительство эшелонированной системы воздушно-космической обороны (ВКО), основной контур которой будет введен в России в 2020 году. Важным компонентом ВКО должна стать обновленная группировка спутников системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН).

Все это сделано у нас очень вовремя: в США, ведущих разработки по милитаризации космоса с 2002 года, в 2018-м объявили о практической реализации этого проекта.

Во время глобальных боевых действий жизнь любого спутника коротка. Все высокоразвитые страны сегодня имеют в своем арсенале противоспутниковое оружие. Боевое применение противоспутниковых систем проводили США, СССР и Китай. Американцы данную технологию до сих пор совершенствуют. Начав с ракет ASM-135A ASAT, они довели до приемлемых результатов противоспутниковое оружие в БИУС Aegis и комплексе ПРО THAAD (Terminal High Altitude Area Defense).

Другой уязвимостью спутниковой группировки является экономическая составляющая. Производство спутников, запуск на орбиту, обслуживание стартовых комплексов, службы телеметрии и связи — все это стоит денег. К тому же космодромы, как и спутники, будут выведены из строя в первые же дни глобального конфликта. Да и само производство военных спутников гораздо сложнее выпуска других видов вооружений. Похвастаться запуском конвейера по производству спутников не может ни одна страна мира.

Но так ли все безнадежно?

Асимметричный ответ России

Нет, выход из этой ситуации был всегда, он существует и сейчас. Для понимания сути антикризисных мер надо осознать, что наработанная технология полетов в космос посредством ракет-носителей — это всего лишь первая ступень в деле освоения космоса человечеством.

Задача первой ступени давно выполнена — человек освоил околоземное пространство. Для того, чтобы идти дальше, нужно сделать следующий шаг: поменять ракеты-носители на более перспективные технологии.

Это — авиационно-космические системы (АКС) выведения.

В отличие от России, по этому пути уже идет ее вечный соперник — Америка. Пока ее успехи незначительны, в космосе летает только «первая ласточка» — многоразовый Х-37В, размеры которого позволяют назвать его прототипом будущей серии авиационно-космических аппаратов NASA. А наши, отечественные конструкторы продолжают изобретать все новые и новые ракеты, а строители все возводят новые космодромы.

Американцы четко настроены милитаризировать космос, и у России закрывать на это глаза долго не получится. Нас вынудят дать ответ. Только пока не ясен один вопрос — какой ценой?

Все чаще в мировых СМИ мелькают названия авиационно-космических систем — Falcon HTV-2, Dream Chaser, TS-1 DARPA, White Knight Two, Stratolaunch. Над ними работают авиационные и космические компании США совместно с Пентагоном и NASA. Дело в том, что американцы умеют считать не только деньги, но и те преимущества, которые дают АКС, — старт космического аппарата с авиационно-космической системы зоркие спутники СПРН не увидят.

Мировая общественность сегодня даже не догадывается, что родина авиакосмической идеи полета в космос — это Россия. Ее первым сформулировал Константин Эдуардович Циолковский, а Сергей Павлович Королев был первым, кто заказал практическую разработку АКС в ОКБ-256, которое возглавлял авиаконструктор Павел Владимирович Цыбин.

Россия по-прежнему имеет самые большие наработки по этой тематике, по которой она быстро может возродить АКС и не дать «загнуться» отечественной космонавтике. При этом потребуется перепрофилирование части предприятий, работающих как на космос, так и на авиационную промышленность.

АКС — это асимметричный ответ России. Потому что АКС обладает преимуществами перед существующими и перспективными ракетами-носителями.

На мой взгляд, главные из них такие.

Во-первых, это возможность запуска в любом направлении на орбиту в пределах азимута от 0° до 97°.

Во-вторых, возможность широкого маневрирования в продольной и боковой плоскостях на орбите (система ПРО противника при таких маневрах будет не в состоянии не только идентифицировать его как опасный ИСЗ, но и уничтожить).

В-третьих, оперативность применения (старт через 12 часов).

В-четвертых, решаются многие боевые задачи — от разведки до уничтожения военных спутников в космосе.

В-пятых, возможность использовать существующие аэродромы 1-го класса, дооборудованные необходимыми для АКС средствами заправки, наземного технического и посадочного комплекса.

И, в-шестых, это практическая неуязвимость стартового комплекса (самолет-разгонщик с АКС) на земле. Старты можно осуществлять с таких аэродромов, до которых ядерные, крылатые и обычные ракеты противника долететь не смогут.

Деньги любят счет

В завершение — немного об экономике. Космическая деятельность станет рентабельной при стоимости выведения полезного груза меньше 3.000 долларов/кг. Стоимость использования РН типа «Союз» по маршруту Земля — МКС — Земля лежит в диапазоне 63.000 — 80.000 долларов/кг. Для сравнения, этот показатель у Space Shuttle составил 26.000 долларов/кг, так как это была многоразовая система. Ракеты Илона Маска экономят до 30% от стоимости запуска максимум.

Расчет стоимости выведения груза с помощью АКС был сделан еще в середине 1990-х годов в одном из наших оборонных НИИ.

Стоимость будет обходиться в 20 раз дешевле, чем с использованием любых ракет-носителей.

Спутников погром

В Сети появились фотографии российского истребителя-перехватчика МиГ‑31 с макетом ракеты нового типа под фюзеляжем, судя по всему, противоспутниковой. Как развивались программы создания подобных вооружений и кто преуспел в их реализации, разбирался «Профиль».

Что нам показали?

Под фюзеляж МиГ‑31, судя по фото, подвешена намного более крупная ракета, чем аэробаллистическая Х‑47 М2 комплекса «Кинжал», о которой весной рассказал в послании Федеральному собранию Владимир Путин.

Нечто подобное мы уже видели. Во второй половине 1980‑х в Советском Союзе испытывалась противоспутниковая система 30 П6. Ее основные элементы – радиолокационно-оптический комплекс распознавания космических объектов 45Ж6 «Крона», самолет-носитель МиГ‑31 Д и ракета 79 М6 «Контакт», а позднее – и усовершенствованная 95 М6. Предполагалось, что эта система позволит сбивать спутники на низких орбитах.

Вопросы поражения орбитальных группировок начали изучать еще до того, как на орбите появились первые военные космические аппараты. Возможности уничтожения спутников исследовались в США и СССР с конца 1950‑х. Эти работы резко активизировались одновременно с началом развития систем противоракетной обороны, для которых спутниковый эшелон критически важен. Исследовалось несколько направлений развития: системы орбитального базирования – спутники-истребители, наземного – ракеты-перехватчики, воздушного – те же ракеты-перехватчики, но запускаемые с самолетов на большой высоте.

Позднее начались разработки лазерных противоспутниковых систем, предназначенных как для уничтожения космических аппаратов, так и для их вывода из строя путем воздействия на электронно-оптические устройства. В годы холодной войны результатов в этой сфере добиться не удалось, однако сейчас возможность «ослепления» спутника перестает быть голой теорией.

Отдельно изучались вопросы поражения спутников ядерным оружием – до подписания Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой (договор «о трех средах»). Показательны результаты испытаний Starfish Prime в США, во время которых были зафиксированы как немедленный вывод из строя нескольких спутников электромагнитным импульсом высотного взрыва, так и отдаленные последствия – быстрая деградация солнечных батарей у аппаратов, попавших под воздействие взрыва. При этом, как и в случае аналогичных испытаний в рамках советской операции «К», главной целью взрывов было исследование воздействия электромагнитного импульса на наземную электрическую и радиоэлектронную инфраструктуру.

Практические эксперименты

Однако впервые спутник на орбите был уничтожен более чем через 20 лет. 13 сентября 1985 года в 12.43 по местному времени истребитель F‑15A ВВС США, взлетевший с авиабазы Эдвардс в штате Калифорния, запустил ракету ASM‑135 ASAT по выработавшему ресурс исследовательскому спутнику Solwind P78–1. При запуске ракеты самолет летел со скоростью М1,22 (около 1400 километров в час) на высоте около 12 000 метров. Аппарат, находившийся на орбите высотой 555 километров, был уничтожен прямым попаданием кинетической боеголовки, скорость соударения превысила 24 000 километров в час.

Двухступенчатая твердотопливная ракета ASAT оснащалась инфракрасной головкой самонаведения. Интересно, что прототипом первой ступени ракеты стала аэробаллистическая ракета AGM‑69 SRAM, которой вооружались американские стратегические бомбардировщики. Проект ASAT создавался в рамках рейгановской программы СОИ и, несмотря на успешные испытания, был свернут в 1988 году.

Следующий спутник американцы сбили 21 февраля 2008‑го. Целью стал вышедший на нерасчетную орбиту военный спутник USA‑193, а в качестве перехватчика использовалась ракета RIM‑161 SM‑3 – «базовое оружие» современного морского компонента системы противоракетной обороны США. Аппарат был сбит на высоте 247 километров и скорости 27,3 тысячи км/ч.

Соединенные Штаты также располагают тяжелыми ракетами-перехватчиками наземного базирования GBI, характеристики которых позволяют им сбивать объекты на высотах до 2000 километров, однако их испытаний по спутникам не проводилось.

©

Китайская угроза

Американские испытания стали недвусмысленным и демонстративным ответом на проведенные незадолго до того испытания противоспутникового оружия КНР. 12 января 2007 года в 06.26 по Пекину Китай перехватил собственный спутник «Фэнъюнь‑1C». Аппарат, находившийся на полярной орбите высотой 865 километров, был сбит прямым попаданием. К слову, более высотной цели с тех пор никто так и не уничтожил.

Для перехвата спутника была использована ракета KT‑1/SC‑19 – модификация баллистической ракеты средней дальности DF‑21 весом около 15 тонн и длиной 11 метров с кинетической боевой частью.

Позднее сообщалось об испытании в КНР спутников‑истребителей, способных маневрировать на орбите, сближаясь с чужими космическими аппаратами, и захватывать или сбивать их.

А что у нас?

Попробуем суммировать информацию об отечественном противоспутниковом потенциале. Открытых официальных сведений на этот счет нет, но, судя по косвенным данным, можно сказать следующее.

Сегодня основное противоспутниковое оружие России, как и в советское время, – спутники-перехватчики, то есть маневрирующие космические аппараты, способные либо поражать чужие объекты прямым столкновением, либо формировать направленный поток поражающих элементов на орбите. Эти аппараты – наследие советской программы «ИС» («истребитель спутников»).

Сообщения об «опасных маневрах» российских спутников в последние годы все чаще появляются в западных СМИ. Похоже, наши военные периодически запускают аппараты-перехватчики, чтобы проверить их работоспособность и усовершенствовать. При этом ряд специалистов полагает, что иногда «спутники-истребители» маскируются под вышедшие из строя или неудачно запущенные аппараты, выведенные на нерасчетную орбиту.

Среди достоинств подобных систем – практически неограниченная досягаемость: при использовании носителя нужной весовой категории перехватчик можно поднять даже на геостационарную орбиту. Именно в «работе» на этой орбите Россию на днях обвинила министр обороны Франции Флоренс Парли. По ее словам, в 2017 году российский аппарат «Луч» приблизился к франко-итальянскому «Афина-Фидус» на высоте 36 тысяч километров. Целью этого сближения, утверждает Парли, был перехват сигналов с натовского спутника.

Недостатки спутников‑пере-хватчиков обусловлены достоинствами: быстро подготовить старт ракеты-носителя достаточно сложно. Поэтому желательно иметь постоянно развернутую на орбите группировку «космических камикадзе» на случай войны.

Следующим элементом российского «антиспутникового» арсенала служат, как и в США, системы противоракетной обороны. Предполагается, что в рамках создания системы противоспутниковой обороны был выполнен пуск противоракеты перспективного комплекса ПРО «Нудоль» 18 ноября 2015 года. Кроме того, сообщалось о возможности работы по космическим аппаратам как одному из пунктов технического задания на перспективную зенитную ракетную систему С‑500, в настоящее время также проходящую испытания.

Кроме того, одной из перспективных сегодняшних программ является проект А‑60 «Сокол-Эшелон», представляющий собой лазерный боевой комплекс на платформе военно-транспортного самолета Ил‑76. В отличие от свернутой американской программы противоракетного лазера воздушного базирования YAL‑1, российский проект имеет куда менее амбициозные цели: задача А‑60 – «ослепление» разведывательных спутников.

Читать еще:  Проект океанской летающей лодки ЛЛ-600 (СССР)

Возвращаясь к снимкам МиГ‑31, стоит упомянуть еще один момент. Среди нереализованных авиакосмических проектов 1990‑х был комплекс «Бурлак-Диана», предполагавший запуск легких ракет-носителей воздушного старта с переоборудованного тяжелого бомбардировщика Ту‑160. С учетом начавшегося восстановления серийного производства модернизированных Ту‑160 на Казанском авиационном заводе вполне вероятно, что через некоторое время какая-то часть «стошестидесятых» советской постройки внезапно «исчезнет» на ремонт, а затем вернется в виде носителей противоспутниковых ракет-перехватчиков.

Кто еще?

Россия, США, КНР – очевидные кандидаты в участники «звездных войн», имеющие и мотивы, и возможности для их ведения. Но чисто технически такие возможности есть у любой страны, способной создать собственную ракету-носитель или баллистическую ракету средней дальности. Разумеется, это Франция – лидер европейской космической отрасли, способная решить подобную задачу самостоятельно, и прочие космические державы по списку, включая в конечном счете Иран и Северную Корею.

Сказанное выше о роли космических систем в современных войнах показывает, что мотивы «проредить» орбитальные боевые порядки противника будут появляться у все большего количества стран. А спрос непременно повлечет за собой предложение. Вплоть до коммерческих услуг по уничтожению спутников, если угодно. Возможно, предоставляемых частными космическими компаниями.

Тестовые запуски

На 21 декабря 1982 года, Ф-15А был использован для выполнения первого пленника нести ASM-135 испытательный полет с Air Force Flight Center Test , Edwards AFB , Калифорния в Соединенных Штатах.

20 августа 1985 года президент Рейган санкционировал испытание спутника. Тест был отложен, чтобы уведомить Конгресс Соединенных Штатов . Целью была солнечная обсерватория Solwind P78-1 , запущенная 24 февраля 1979 года.

13 сентября 1985 г. майор Уилберт Д. «Дуг» Пирсон, пилотируя «Небесный орел» F-15A 76-0084, запустил ASM-135 ASAT примерно в 200 милях (322 км) к западу от базы ВВС Ванденберг и уничтожил корабль «Солвинд». Спутник P78-1 летит на высоте 345 миль (555 км). Перед запуском F-15, летевший на скорости 1,22 Маха, совершил набор высоты с зумом 3,8 г под углом 65 градусов. ASM-135 ASAT был автоматически запущен на высоте 38 100 футов, в то время как F-15 летел на скорости 0,934 Маха. 30-фунтовый (13,6 кг) MHV столкнулся со спутником Solwind P78-1 массой 2000 фунтов (907 кг) на скорости сближения 15 000 миль в час (24 140 км / ч).

НАСА узнало о планах ВВС США по испытанию Solwind ASAT в июле 1985 года. НАСА смоделировало результаты испытания. Эта модель определила, что образовавшийся мусор все еще будет находиться на орбите в 1990-х годах. Это заставит НАСА усилить защиту от мусора для планируемой космической станции.

Ранее ВВС США и НАСА совместно работали над созданием ракеты-носителя, запускаемой разведчиком, для экспериментов с противоспутниковыми системами. НАСА посоветовало ВВС США, как проводить испытания противоспутниковой защиты, чтобы избежать образования долгоживущих обломков. Однако вмешались ограничения Конгресса на тесты ASAT.

Чтобы завершить испытание ASAT до того, как ожидаемый запрет Конгресса вступит в силу (как это было в октябре 1985 года), Министерство обороны решило использовать существующий астрофизический спутник Solwind в качестве цели.

НАСА работало с Министерством обороны для наблюдения за результатами испытаний с использованием двух орбитальных телескопов для обломков и радара для входа в атмосферу, развернутого на Аляске.

НАСА предположило, что рваный металл будет ярким. Удивительно, но части Solwind оказались настолько темными, что их почти невозможно было обнаружить. Было видно только две штуки. Ученые НАСА предположили, что неожиданное потемнение Солнца произошло из-за карбонизации органических соединений в спутнике-мишени; то есть, когда кинетическая энергия снаряда превращалась в тепловую при ударе, пластмассы внутри Solwind испарялись и конденсировались на металлических частях в виде сажи.

НАСА использовало инфракрасные телескопы ВВС США, чтобы показать, что части тела были теплыми за счет тепла, поглощенного Солнцем. Это добавило веса утверждениям о том, что они были темными от сажи и не отражали свет. Осколки быстро распадались с орбиты, что означало большое отношение площади к массе. По данным НАСА, по состоянию на январь 1998 года 8 из 285 отслеживаемых объектов оставались на орбите.

Тест Solwind дал три важных результата:

  • Это увеличивало вероятность того, что обнаруживаемые оптическими системами объекты были большими и темными, а не маленькими и яркими, как обычно предполагалось. Это имело значение для калибровки оптических и радиолокационных орбитальных систем обнаружения мусора.
  • Тест также создал исходное событие для исследователей, ищущих характерную сигнатуру сверхскоростного столкновения в космосе.
  • Была повышена осведомленность о проблеме орбитального мусора.

В конце концов, испытание Solwind ASAT имело мало последствий для планируемой космической станции в США, поскольку завершение строительства станции было отложено до середины 1990-х годов. Рекордно высокий уровень солнечной активности во время максимума солнечной активности 1989–1991 гг. Нагрел и расширил атмосферу больше, чем ожидалось в 1985 г., ускорив распад мусора Солвинда.

Испытательные пуски АСМ-135

Номер рейсаДатаОписание
121 января 1984 г.Ракета успешно прошла испытания без миниатюрной машины
213 ноября 1984 г.Ракета не удалась, когда MHV был направлен на звезду.
313 сентября 1985 г.Ракета успешно уничтожает спутник P78-1 Solwind
422 августа 1986 г.Ракета успешно прошла испытания при наведении MHV на звезду.
529 сентября 1986 г.Ракета успешно прошла испытания при наведении MHV на звезду.

Было изготовлено пятнадцать ракет ASM-135 ASAT, пять ракет прошли летные испытания.

Россия должна послать США, собирающиеся милитаризировать космос, на три буквы: АКС

Начиная с запуска первого искусственного спутника Земли (ИСЗ), человечество свыше 60 лет пытается выйти за пределы околоземного пространства. В качестве основного инструмента для выполнения космических полетов были выбраны ракеты. Выбор был сделан осознанно и одновременно в США и СССР.

Первыми стали мы: запустив искусственный спутник и отправив Юрия Гагарина на орбиту нашей планеты. Оба эти события открыли гонку космических достижений, которая шла с переменным успехом. Поначалу в количестве запусков до 1965 года лидировали США, но затем пальму первенства надолго перехватил и удерживал СССР — вплоть до своего развала в 1991 году. Безусловно, по количеству запусков наша страна до сих пор опережает США — примерно в два раза по состоянию на 2017 год. От двух лидеров значительно отстают другие — Евросоюз (агентство ECA), Япония, Китай, Индия и Израиль.

Все эти запуски внесли огромный вклад в изучение жизнедеятельности человека в условиях открытого космоса (скафандры, питание, орбитальные станции) и позволили провести многочисленные научные эксперименты.

КПД, как у. паровоза

Для этого были построены космодромы и созданы уникальные ракеты, проведено свыше 5,5 тысяч запусков. Перечислю 10 наиболее известных тяжелых ракет-носителей, с которыми человечество сделало прорыв за пространство околоземной орбиты.

Первое, что бросается в глаза, — это доля полезного груза по отношению к стартовой массе ракеты-носителя и стоимость запуска. Как видно, КПД самых мощных ракет-носителей меньше или равно КПД паровоза, который, как известно, составляет 5-9%.

ТАБЛИЦА

Как говорится, хотели, как лучше, — прорыв к звездам, а получили, как всегда, — паровоз, но космический. Все дальнейшие попытки ученых Земли не приводят к существенным сдвигам этого КПД. Космос так и остается дорогим увлечением технологически развитых государств.

В чем же ошибка в освоении космоса человеком?

Война в космосе — уже не фантастика

Она в том, что запуски РН рассматривались только как единственный надежный, успешный и перспективный способ в деле освоения космоса человеком.

Любой здравомыслящий финансист, оценив проект, чья рентабельность низка или убыточна, его закроет. В космических проектах все выглядит иначе — они вне правил рентабельности. Именно поэтому их финансируют из государственного и военного бюджетов. Поэтому запуски продолжаются, разнообразие ракет только множится, а стоимость полезной нагрузки вроде бы еще и уменьшается, особенно у Илона Маска.

Если произвести простейший пересчет стоимости количества космических запусков начиная с 1957 года, прибавить затраты на строительство космодромов, содержание инфраструктуры и добавить «цену» всей космической отрасли с ее многочисленными КБ, ОКБ, заводами, ЦУПами и прочим, то цифра затрат на освоение космоса станет неимоверно, неисчислимо огромной. Классическое «из пушки по воробьям» будет здесь справедливой формулировкой.

Но космические полеты по-прежнему нужны и важны. Дело в том, что картина внешних угроз претерпела значительные изменения. Начиная с Первой мировой войны, приоритет главной стратегической силы сместился от сухопутных войск вначале на бронетанковые войска, потом на авиацию, затем на ракетные войска, а теперь остановился на одновременном применении оружия с моря, воздуха и из космоса. Так это изложено, к примеру, в американской стратегии «Глобального мгновенного удара».

Военные технологии, по сути достигшие в начале 2000-х тупика в развитии, переориентировались на обычные (неядерные) высокоточные средства поражения. Последняя новомодная тенденция — это нанесение высокоточного удара с орбиты беспилотным дроном по любой цели, как стационарной, так и мобильной. Беспилотные технологии активно развиваются, качество БЛА совершенствуется с каждым годом.

Космос не стал исключением для развития таких технологий. Находящийся сейчас на орбите американский аппарат Х-37В, — это тот же беспилотник. Но, в отличие от спутника-шпиона, он возвращается с орбиты и может на орбите маневрировать, делая задачу по своему уничтожению для существующих и перспективных средств ПРО практически невыполнимой.

Командование Вооруженных сил России, прогнозируя растущую угрозу милитаризации космоса, уже сделало первый шаг для ее парирования: в августе 2015 года созданы Воздушно-космические силы, объединившие в своем составе Космические войска, ПВО и ВВС. Второй шаг — это строительство эшелонированной системы воздушно-космической обороны (ВКО), основной контур которой будет введен в России в 2020 году. Важным компонентом ВКО должна стать обновленная группировка спутников системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН).

Все это сделано у нас очень вовремя: в США, ведущих разработки по милитаризации космоса с 2002 года, в 2018-м объявили о практической реализации этого проекта.

Во время глобальных боевых действий жизнь любого спутника коротка. Все высокоразвитые страны сегодня имеют в своем арсенале противоспутниковое оружие. Боевое применение противоспутниковых систем проводили США, СССР и Китай. Американцы данную технологию до сих пор совершенствуют. Начав с ракет ASM-135A ASAT, они довели до приемлемых результатов противоспутниковое оружие в БИУС Aegis и комплексе ПРО THAAD (Terminal High Altitude Area Defense).

Другой уязвимостью спутниковой группировки является экономическая составляющая. Производство спутников, запуск на орбиту, обслуживание стартовых комплексов, службы телеметрии и связи — все это стоит денег. К тому же космодромы, как и спутники, будут выведены из строя в первые же дни глобального конфликта. Да и само производство военных спутников гораздо сложнее выпуска других видов вооружений. Похвастаться запуском конвейера по производству спутников не может ни одна страна мира.

Но так ли все безнадежно?

Асимметричный ответ России

Нет, выход из этой ситуации был всегда, он существует и сейчас. Для понимания сути антикризисных мер надо осознать, что наработанная технология полетов в космос посредством ракет-носителей — это всего лишь первая ступень в деле освоения космоса человечеством.

Задача первой ступени давно выполнена — человек освоил околоземное пространство. Для того, чтобы идти дальше, нужно сделать следующий шаг: поменять ракеты-носители на более перспективные технологии.

Это — авиационно-космические системы (АКС) выведения.

В отличие от России, по этому пути уже идет ее вечный соперник — Америка. Пока ее успехи незначительны, в космосе летает только «первая ласточка» — многоразовый Х-37В, размеры которого позволяют назвать его прототипом будущей серии авиационно-космических аппаратов NASA. А наши, отечественные конструкторы продолжают изобретать все новые и новые ракеты, а строители все возводят новые космодромы.

Американцы четко настроены милитаризировать космос, и у России закрывать на это глаза долго не получится. Нас вынудят дать ответ. Только пока не ясен один вопрос — какой ценой?

Все чаще в мировых СМИ мелькают названия авиационно-космических систем — Falcon HTV-2, Dream Chaser, TS-1 DARPA, White Knight Two, Stratolaunch. Над ними работают авиационные и космические компании США совместно с Пентагоном и NASA. Дело в том, что американцы умеют считать не только деньги, но и те преимущества, которые дают АКС, — старт космического аппарата с авиационно-космической системы зоркие спутники СПРН не увидят.

Мировая общественность сегодня даже не догадывается, что родина авиакосмической идеи полета в космос — это Россия. Ее первым сформулировал Константин Эдуардович Циолковский, а Сергей Павлович Королев был первым, кто заказал практическую разработку АКС в ОКБ-256, которое возглавлял авиаконструктор Павел Владимирович Цыбин.

Россия по-прежнему имеет самые большие наработки по этой тематике, по которой она быстро может возродить АКС и не дать «загнуться» отечественной космонавтике. При этом потребуется перепрофилирование части предприятий, работающих как на космос, так и на авиационную промышленность.

АКС — это асимметричный ответ России. Потому что АКС обладает преимуществами перед существующими и перспективными ракетами-носителями.

На мой взгляд, главные из них такие.

Во-первых, это возможность запуска в любом направлении на орбиту в пределах азимута от 0° до 97°.

Во-вторых, возможность широкого маневрирования в продольной и боковой плоскостях на орбите (система ПРО противника при таких маневрах будет не в состоянии не только идентифицировать его как опасный ИСЗ, но и уничтожить).

В-третьих, оперативность применения (старт через 12 часов).

В-четвертых, решаются многие боевые задачи — от разведки до уничтожения военных спутников в космосе.

В-пятых, возможность использовать существующие аэродромы 1-го класса, дооборудованные необходимыми для АКС средствами заправки, наземного технического и посадочного комплекса.

И, в-шестых, это практическая неуязвимость стартового комплекса (самолет-разгонщик с АКС) на земле. Старты можно осуществлять с таких аэродромов, до которых ядерные, крылатые и обычные ракеты противника долететь не смогут.

Деньги любят счет

В завершение — немного об экономике. Космическая деятельность станет рентабельной при стоимости выведения полезного груза меньше 3.000 долларов/кг. Стоимость использования РН типа «Союз» по маршруту Земля — МКС — Земля лежит в диапазоне 63.000 — 80.000 долларов/кг. Для сравнения, этот показатель у Space Shuttle составил 26.000 долларов/кг, так как это была многоразовая система. Ракеты Илона Маска экономят до 30% от стоимости запуска максимум.

Расчет стоимости выведения груза с помощью АКС был сделан еще в середине 1990-х годов в одном из наших оборонных НИИ.

Стоимость будет обходиться в 20 раз дешевле, чем с использованием любых ракет-носителей.

Спутников погром

В Сети появились фотографии российского истребителя-перехватчика МиГ‑31 с макетом ракеты нового типа под фюзеляжем, судя по всему, противоспутниковой. Как развивались программы создания подобных вооружений и кто преуспел в их реализации, разбирался «Профиль».

Что нам показали?

Под фюзеляж МиГ‑31, судя по фото, подвешена намного более крупная ракета, чем аэробаллистическая Х‑47 М2 комплекса «Кинжал», о которой весной рассказал в послании Федеральному собранию Владимир Путин.

Нечто подобное мы уже видели. Во второй половине 1980‑х в Советском Союзе испытывалась противоспутниковая система 30 П6. Ее основные элементы – радиолокационно-оптический комплекс распознавания космических объектов 45Ж6 «Крона», самолет-носитель МиГ‑31 Д и ракета 79 М6 «Контакт», а позднее – и усовершенствованная 95 М6. Предполагалось, что эта система позволит сбивать спутники на низких орбитах.

Вопросы поражения орбитальных группировок начали изучать еще до того, как на орбите появились первые военные космические аппараты. Возможности уничтожения спутников исследовались в США и СССР с конца 1950‑х. Эти работы резко активизировались одновременно с началом развития систем противоракетной обороны, для которых спутниковый эшелон критически важен. Исследовалось несколько направлений развития: системы орбитального базирования – спутники-истребители, наземного – ракеты-перехватчики, воздушного – те же ракеты-перехватчики, но запускаемые с самолетов на большой высоте.

Позднее начались разработки лазерных противоспутниковых систем, предназначенных как для уничтожения космических аппаратов, так и для их вывода из строя путем воздействия на электронно-оптические устройства. В годы холодной войны результатов в этой сфере добиться не удалось, однако сейчас возможность «ослепления» спутника перестает быть голой теорией.

Отдельно изучались вопросы поражения спутников ядерным оружием – до подписания Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой (договор «о трех средах»). Показательны результаты испытаний Starfish Prime в США, во время которых были зафиксированы как немедленный вывод из строя нескольких спутников электромагнитным импульсом высотного взрыва, так и отдаленные последствия – быстрая деградация солнечных батарей у аппаратов, попавших под воздействие взрыва. При этом, как и в случае аналогичных испытаний в рамках советской операции «К», главной целью взрывов было исследование воздействия электромагнитного импульса на наземную электрическую и радиоэлектронную инфраструктуру.

Практические эксперименты

Однако впервые спутник на орбите был уничтожен более чем через 20 лет. 13 сентября 1985 года в 12.43 по местному времени истребитель F‑15A ВВС США, взлетевший с авиабазы Эдвардс в штате Калифорния, запустил ракету ASM‑135 ASAT по выработавшему ресурс исследовательскому спутнику Solwind P78–1. При запуске ракеты самолет летел со скоростью М1,22 (около 1400 километров в час) на высоте около 12 000 метров. Аппарат, находившийся на орбите высотой 555 километров, был уничтожен прямым попаданием кинетической боеголовки, скорость соударения превысила 24 000 километров в час.

Читать еще:  Опытные автоматы Калашникова ПП-1 и А1-75 (СССР)

Двухступенчатая твердотопливная ракета ASAT оснащалась инфракрасной головкой самонаведения. Интересно, что прототипом первой ступени ракеты стала аэробаллистическая ракета AGM‑69 SRAM, которой вооружались американские стратегические бомбардировщики. Проект ASAT создавался в рамках рейгановской программы СОИ и, несмотря на успешные испытания, был свернут в 1988 году.

Следующий спутник американцы сбили 21 февраля 2008‑го. Целью стал вышедший на нерасчетную орбиту военный спутник USA‑193, а в качестве перехватчика использовалась ракета RIM‑161 SM‑3 – «базовое оружие» современного морского компонента системы противоракетной обороны США. Аппарат был сбит на высоте 247 километров и скорости 27,3 тысячи км/ч.

Соединенные Штаты также располагают тяжелыми ракетами-перехватчиками наземного базирования GBI, характеристики которых позволяют им сбивать объекты на высотах до 2000 километров, однако их испытаний по спутникам не проводилось.

©

Китайская угроза

Американские испытания стали недвусмысленным и демонстративным ответом на проведенные незадолго до того испытания противоспутникового оружия КНР. 12 января 2007 года в 06.26 по Пекину Китай перехватил собственный спутник «Фэнъюнь‑1C». Аппарат, находившийся на полярной орбите высотой 865 километров, был сбит прямым попаданием. К слову, более высотной цели с тех пор никто так и не уничтожил.

Для перехвата спутника была использована ракета KT‑1/SC‑19 – модификация баллистической ракеты средней дальности DF‑21 весом около 15 тонн и длиной 11 метров с кинетической боевой частью.

Позднее сообщалось об испытании в КНР спутников‑истребителей, способных маневрировать на орбите, сближаясь с чужими космическими аппаратами, и захватывать или сбивать их.

А что у нас?

Попробуем суммировать информацию об отечественном противоспутниковом потенциале. Открытых официальных сведений на этот счет нет, но, судя по косвенным данным, можно сказать следующее.

Сегодня основное противоспутниковое оружие России, как и в советское время, – спутники-перехватчики, то есть маневрирующие космические аппараты, способные либо поражать чужие объекты прямым столкновением, либо формировать направленный поток поражающих элементов на орбите. Эти аппараты – наследие советской программы «ИС» («истребитель спутников»).

Сообщения об «опасных маневрах» российских спутников в последние годы все чаще появляются в западных СМИ. Похоже, наши военные периодически запускают аппараты-перехватчики, чтобы проверить их работоспособность и усовершенствовать. При этом ряд специалистов полагает, что иногда «спутники-истребители» маскируются под вышедшие из строя или неудачно запущенные аппараты, выведенные на нерасчетную орбиту.

Среди достоинств подобных систем – практически неограниченная досягаемость: при использовании носителя нужной весовой категории перехватчик можно поднять даже на геостационарную орбиту. Именно в «работе» на этой орбите Россию на днях обвинила министр обороны Франции Флоренс Парли. По ее словам, в 2017 году российский аппарат «Луч» приблизился к франко-итальянскому «Афина-Фидус» на высоте 36 тысяч километров. Целью этого сближения, утверждает Парли, был перехват сигналов с натовского спутника.

Недостатки спутников‑пере-хватчиков обусловлены достоинствами: быстро подготовить старт ракеты-носителя достаточно сложно. Поэтому желательно иметь постоянно развернутую на орбите группировку «космических камикадзе» на случай войны.

Следующим элементом российского «антиспутникового» арсенала служат, как и в США, системы противоракетной обороны. Предполагается, что в рамках создания системы противоспутниковой обороны был выполнен пуск противоракеты перспективного комплекса ПРО «Нудоль» 18 ноября 2015 года. Кроме того, сообщалось о возможности работы по космическим аппаратам как одному из пунктов технического задания на перспективную зенитную ракетную систему С‑500, в настоящее время также проходящую испытания.

Кроме того, одной из перспективных сегодняшних программ является проект А‑60 «Сокол-Эшелон», представляющий собой лазерный боевой комплекс на платформе военно-транспортного самолета Ил‑76. В отличие от свернутой американской программы противоракетного лазера воздушного базирования YAL‑1, российский проект имеет куда менее амбициозные цели: задача А‑60 – «ослепление» разведывательных спутников.

Возвращаясь к снимкам МиГ‑31, стоит упомянуть еще один момент. Среди нереализованных авиакосмических проектов 1990‑х был комплекс «Бурлак-Диана», предполагавший запуск легких ракет-носителей воздушного старта с переоборудованного тяжелого бомбардировщика Ту‑160. С учетом начавшегося восстановления серийного производства модернизированных Ту‑160 на Казанском авиационном заводе вполне вероятно, что через некоторое время какая-то часть «стошестидесятых» советской постройки внезапно «исчезнет» на ремонт, а затем вернется в виде носителей противоспутниковых ракет-перехватчиков.

Кто еще?

Россия, США, КНР – очевидные кандидаты в участники «звездных войн», имеющие и мотивы, и возможности для их ведения. Но чисто технически такие возможности есть у любой страны, способной создать собственную ракету-носитель или баллистическую ракету средней дальности. Разумеется, это Франция – лидер европейской космической отрасли, способная решить подобную задачу самостоятельно, и прочие космические державы по списку, включая в конечном счете Иран и Северную Корею.

Сказанное выше о роли космических систем в современных войнах показывает, что мотивы «проредить» орбитальные боевые порядки противника будут появляться у все большего количества стран. А спрос непременно повлечет за собой предложение. Вплоть до коммерческих услуг по уничтожению спутников, если угодно. Возможно, предоставляемых частными космическими компаниями.

Россия должна послать США, собирающиеся милитаризировать космос, на три буквы: АКС

Начиная с запуска первого искусственного спутника Земли (ИСЗ), человечество свыше 60 лет пытается выйти за пределы околоземного пространства. В качестве основного инструмента для выполнения космических полетов были выбраны ракеты. Выбор был сделан осознанно и одновременно в США и СССР.

Первыми стали мы: запустив искусственный спутник и отправив Юрия Гагарина на орбиту нашей планеты. Оба эти события открыли гонку космических достижений, которая шла с переменным успехом. Поначалу в количестве запусков до 1965 года лидировали США, но затем пальму первенства надолго перехватил и удерживал СССР — вплоть до своего развала в 1991 году. Безусловно, по количеству запусков наша страна до сих пор опережает США — примерно в два раза по состоянию на 2017 год. От двух лидеров значительно отстают другие — Евросоюз (агентство ECA), Япония, Китай, Индия и Израиль.

Все эти запуски внесли огромный вклад в изучение жизнедеятельности человека в условиях открытого космоса (скафандры, питание, орбитальные станции) и позволили провести многочисленные научные эксперименты.

КПД, как у. паровоза

Для этого были построены космодромы и созданы уникальные ракеты, проведено свыше 5,5 тысяч запусков. Перечислю 10 наиболее известных тяжелых ракет-носителей, с которыми человечество сделало прорыв за пространство околоземной орбиты.

Первое, что бросается в глаза, — это доля полезного груза по отношению к стартовой массе ракеты-носителя и стоимость запуска. Как видно, КПД самых мощных ракет-носителей меньше или равно КПД паровоза, который, как известно, составляет 5-9%.

ТАБЛИЦА

Как говорится, хотели, как лучше, — прорыв к звездам, а получили, как всегда, — паровоз, но космический. Все дальнейшие попытки ученых Земли не приводят к существенным сдвигам этого КПД. Космос так и остается дорогим увлечением технологически развитых государств.

В чем же ошибка в освоении космоса человеком?

Война в космосе — уже не фантастика

Она в том, что запуски РН рассматривались только как единственный надежный, успешный и перспективный способ в деле освоения космоса человеком.

Любой здравомыслящий финансист, оценив проект, чья рентабельность низка или убыточна, его закроет. В космических проектах все выглядит иначе — они вне правил рентабельности. Именно поэтому их финансируют из государственного и военного бюджетов. Поэтому запуски продолжаются, разнообразие ракет только множится, а стоимость полезной нагрузки вроде бы еще и уменьшается, особенно у Илона Маска.

Если произвести простейший пересчет стоимости количества космических запусков начиная с 1957 года, прибавить затраты на строительство космодромов, содержание инфраструктуры и добавить «цену» всей космической отрасли с ее многочисленными КБ, ОКБ, заводами, ЦУПами и прочим, то цифра затрат на освоение космоса станет неимоверно, неисчислимо огромной. Классическое «из пушки по воробьям» будет здесь справедливой формулировкой.

Но космические полеты по-прежнему нужны и важны. Дело в том, что картина внешних угроз претерпела значительные изменения. Начиная с Первой мировой войны, приоритет главной стратегической силы сместился от сухопутных войск вначале на бронетанковые войска, потом на авиацию, затем на ракетные войска, а теперь остановился на одновременном применении оружия с моря, воздуха и из космоса. Так это изложено, к примеру, в американской стратегии «Глобального мгновенного удара».

Военные технологии, по сути достигшие в начале 2000-х тупика в развитии, переориентировались на обычные (неядерные) высокоточные средства поражения. Последняя новомодная тенденция — это нанесение высокоточного удара с орбиты беспилотным дроном по любой цели, как стационарной, так и мобильной. Беспилотные технологии активно развиваются, качество БЛА совершенствуется с каждым годом.

Космос не стал исключением для развития таких технологий. Находящийся сейчас на орбите американский аппарат Х-37В, — это тот же беспилотник. Но, в отличие от спутника-шпиона, он возвращается с орбиты и может на орбите маневрировать, делая задачу по своему уничтожению для существующих и перспективных средств ПРО практически невыполнимой.

Командование Вооруженных сил России, прогнозируя растущую угрозу милитаризации космоса, уже сделало первый шаг для ее парирования: в августе 2015 года созданы Воздушно-космические силы, объединившие в своем составе Космические войска, ПВО и ВВС. Второй шаг — это строительство эшелонированной системы воздушно-космической обороны (ВКО), основной контур которой будет введен в России в 2020 году. Важным компонентом ВКО должна стать обновленная группировка спутников системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН).

Все это сделано у нас очень вовремя: в США, ведущих разработки по милитаризации космоса с 2002 года, в 2018-м объявили о практической реализации этого проекта.

Во время глобальных боевых действий жизнь любого спутника коротка. Все высокоразвитые страны сегодня имеют в своем арсенале противоспутниковое оружие. Боевое применение противоспутниковых систем проводили США, СССР и Китай. Американцы данную технологию до сих пор совершенствуют. Начав с ракет ASM-135A ASAT, они довели до приемлемых результатов противоспутниковое оружие в БИУС Aegis и комплексе ПРО THAAD (Terminal High Altitude Area Defense).

Другой уязвимостью спутниковой группировки является экономическая составляющая. Производство спутников, запуск на орбиту, обслуживание стартовых комплексов, службы телеметрии и связи — все это стоит денег. К тому же космодромы, как и спутники, будут выведены из строя в первые же дни глобального конфликта. Да и само производство военных спутников гораздо сложнее выпуска других видов вооружений. Похвастаться запуском конвейера по производству спутников не может ни одна страна мира.

Но так ли все безнадежно?

Асимметричный ответ России

Нет, выход из этой ситуации был всегда, он существует и сейчас. Для понимания сути антикризисных мер надо осознать, что наработанная технология полетов в космос посредством ракет-носителей — это всего лишь первая ступень в деле освоения космоса человечеством.

Задача первой ступени давно выполнена — человек освоил околоземное пространство. Для того, чтобы идти дальше, нужно сделать следующий шаг: поменять ракеты-носители на более перспективные технологии.

Это — авиационно-космические системы (АКС) выведения.

В отличие от России, по этому пути уже идет ее вечный соперник — Америка. Пока ее успехи незначительны, в космосе летает только «первая ласточка» — многоразовый Х-37В, размеры которого позволяют назвать его прототипом будущей серии авиационно-космических аппаратов NASA. А наши, отечественные конструкторы продолжают изобретать все новые и новые ракеты, а строители все возводят новые космодромы.

Американцы четко настроены милитаризировать космос, и у России закрывать на это глаза долго не получится. Нас вынудят дать ответ. Только пока не ясен один вопрос — какой ценой?

Все чаще в мировых СМИ мелькают названия авиационно-космических систем — Falcon HTV-2, Dream Chaser, TS-1 DARPA, White Knight Two, Stratolaunch. Над ними работают авиационные и космические компании США совместно с Пентагоном и NASA. Дело в том, что американцы умеют считать не только деньги, но и те преимущества, которые дают АКС, — старт космического аппарата с авиационно-космической системы зоркие спутники СПРН не увидят.

Мировая общественность сегодня даже не догадывается, что родина авиакосмической идеи полета в космос — это Россия. Ее первым сформулировал Константин Эдуардович Циолковский, а Сергей Павлович Королев был первым, кто заказал практическую разработку АКС в ОКБ-256, которое возглавлял авиаконструктор Павел Владимирович Цыбин.

Россия по-прежнему имеет самые большие наработки по этой тематике, по которой она быстро может возродить АКС и не дать «загнуться» отечественной космонавтике. При этом потребуется перепрофилирование части предприятий, работающих как на космос, так и на авиационную промышленность.

АКС — это асимметричный ответ России. Потому что АКС обладает преимуществами перед существующими и перспективными ракетами-носителями.

На мой взгляд, главные из них такие.

Во-первых, это возможность запуска в любом направлении на орбиту в пределах азимута от 0° до 97°.

Во-вторых, возможность широкого маневрирования в продольной и боковой плоскостях на орбите (система ПРО противника при таких маневрах будет не в состоянии не только идентифицировать его как опасный ИСЗ, но и уничтожить).

В-третьих, оперативность применения (старт через 12 часов).

В-четвертых, решаются многие боевые задачи — от разведки до уничтожения военных спутников в космосе.

В-пятых, возможность использовать существующие аэродромы 1-го класса, дооборудованные необходимыми для АКС средствами заправки, наземного технического и посадочного комплекса.

И, в-шестых, это практическая неуязвимость стартового комплекса (самолет-разгонщик с АКС) на земле. Старты можно осуществлять с таких аэродромов, до которых ядерные, крылатые и обычные ракеты противника долететь не смогут.

Деньги любят счет

В завершение — немного об экономике. Космическая деятельность станет рентабельной при стоимости выведения полезного груза меньше 3.000 долларов/кг. Стоимость использования РН типа «Союз» по маршруту Земля — МКС — Земля лежит в диапазоне 63.000 — 80.000 долларов/кг. Для сравнения, этот показатель у Space Shuttle составил 26.000 долларов/кг, так как это была многоразовая система. Ракеты Илона Маска экономят до 30% от стоимости запуска максимум.

Расчет стоимости выведения груза с помощью АКС был сделан еще в середине 1990-х годов в одном из наших оборонных НИИ.

Стоимость будет обходиться в 20 раз дешевле, чем с использованием любых ракет-носителей.

Тестовые запуски

На 21 декабря 1982 года, Ф-15А был использован для выполнения первого пленника нести ASM-135 испытательный полет с Air Force Flight Center Test , Edwards AFB , Калифорния в Соединенных Штатах.

20 августа 1985 года президент Рейган санкционировал испытание спутника. Тест был отложен, чтобы уведомить Конгресс Соединенных Штатов . Целью была солнечная обсерватория Solwind P78-1 , запущенная 24 февраля 1979 года.

13 сентября 1985 г. майор Уилберт Д. «Дуг» Пирсон, пилотируя «Небесный орел» F-15A 76-0084, запустил ASM-135 ASAT примерно в 200 милях (322 км) к западу от базы ВВС Ванденберг и уничтожил корабль «Солвинд». Спутник P78-1 летит на высоте 345 миль (555 км). Перед запуском F-15, летевший на скорости 1,22 Маха, совершил набор высоты с зумом 3,8 г под углом 65 градусов. ASM-135 ASAT был автоматически запущен на высоте 38 100 футов, в то время как F-15 летел на скорости 0,934 Маха. 30-фунтовый (13,6 кг) MHV столкнулся со спутником Solwind P78-1 массой 2000 фунтов (907 кг) на скорости сближения 15 000 миль в час (24 140 км / ч).

НАСА узнало о планах ВВС США по испытанию Solwind ASAT в июле 1985 года. НАСА смоделировало результаты испытания. Эта модель определила, что образовавшийся мусор все еще будет находиться на орбите в 1990-х годах. Это заставит НАСА усилить защиту от мусора для планируемой космической станции.

Ранее ВВС США и НАСА совместно работали над созданием ракеты-носителя, запускаемой разведчиком, для экспериментов с противоспутниковыми системами. НАСА посоветовало ВВС США, как проводить испытания противоспутниковой защиты, чтобы избежать образования долгоживущих обломков. Однако вмешались ограничения Конгресса на тесты ASAT.

Чтобы завершить испытание ASAT до того, как ожидаемый запрет Конгресса вступит в силу (как это было в октябре 1985 года), Министерство обороны решило использовать существующий астрофизический спутник Solwind в качестве цели.

НАСА работало с Министерством обороны для наблюдения за результатами испытаний с использованием двух орбитальных телескопов для обломков и радара для входа в атмосферу, развернутого на Аляске.

НАСА предположило, что рваный металл будет ярким. Удивительно, но части Solwind оказались настолько темными, что их почти невозможно было обнаружить. Было видно только две штуки. Ученые НАСА предположили, что неожиданное потемнение Солнца произошло из-за карбонизации органических соединений в спутнике-мишени; то есть, когда кинетическая энергия снаряда превращалась в тепловую при ударе, пластмассы внутри Solwind испарялись и конденсировались на металлических частях в виде сажи.

НАСА использовало инфракрасные телескопы ВВС США, чтобы показать, что части тела были теплыми за счет тепла, поглощенного Солнцем. Это добавило веса утверждениям о том, что они были темными от сажи и не отражали свет. Осколки быстро распадались с орбиты, что означало большое отношение площади к массе. По данным НАСА, по состоянию на январь 1998 года 8 из 285 отслеживаемых объектов оставались на орбите.

Читать еще:  Опытный танк «Leopard 2AV»

Тест Solwind дал три важных результата:

  • Это увеличивало вероятность того, что обнаруживаемые оптическими системами объекты были большими и темными, а не маленькими и яркими, как обычно предполагалось. Это имело значение для калибровки оптических и радиолокационных орбитальных систем обнаружения мусора.
  • Тест также создал исходное событие для исследователей, ищущих характерную сигнатуру сверхскоростного столкновения в космосе.
  • Была повышена осведомленность о проблеме орбитального мусора.

В конце концов, испытание Solwind ASAT имело мало последствий для планируемой космической станции в США, поскольку завершение строительства станции было отложено до середины 1990-х годов. Рекордно высокий уровень солнечной активности во время максимума солнечной активности 1989–1991 гг. Нагрел и расширил атмосферу больше, чем ожидалось в 1985 г., ускорив распад мусора Солвинда.

Испытательные пуски АСМ-135

Номер рейсаДатаОписание
121 января 1984 г.Ракета успешно прошла испытания без миниатюрной машины
213 ноября 1984 г.Ракета не удалась, когда MHV был направлен на звезду.
313 сентября 1985 г.Ракета успешно уничтожает спутник P78-1 Solwind
422 августа 1986 г.Ракета успешно прошла испытания при наведении MHV на звезду.
529 сентября 1986 г.Ракета успешно прошла испытания при наведении MHV на звезду.

Было изготовлено пятнадцать ракет ASM-135 ASAT, пять ракет прошли летные испытания.

Спутников погром

В Сети появились фотографии российского истребителя-перехватчика МиГ‑31 с макетом ракеты нового типа под фюзеляжем, судя по всему, противоспутниковой. Как развивались программы создания подобных вооружений и кто преуспел в их реализации, разбирался «Профиль».

Что нам показали?

Под фюзеляж МиГ‑31, судя по фото, подвешена намного более крупная ракета, чем аэробаллистическая Х‑47 М2 комплекса «Кинжал», о которой весной рассказал в послании Федеральному собранию Владимир Путин.

Нечто подобное мы уже видели. Во второй половине 1980‑х в Советском Союзе испытывалась противоспутниковая система 30 П6. Ее основные элементы – радиолокационно-оптический комплекс распознавания космических объектов 45Ж6 «Крона», самолет-носитель МиГ‑31 Д и ракета 79 М6 «Контакт», а позднее – и усовершенствованная 95 М6. Предполагалось, что эта система позволит сбивать спутники на низких орбитах.

Вопросы поражения орбитальных группировок начали изучать еще до того, как на орбите появились первые военные космические аппараты. Возможности уничтожения спутников исследовались в США и СССР с конца 1950‑х. Эти работы резко активизировались одновременно с началом развития систем противоракетной обороны, для которых спутниковый эшелон критически важен. Исследовалось несколько направлений развития: системы орбитального базирования – спутники-истребители, наземного – ракеты-перехватчики, воздушного – те же ракеты-перехватчики, но запускаемые с самолетов на большой высоте.

Позднее начались разработки лазерных противоспутниковых систем, предназначенных как для уничтожения космических аппаратов, так и для их вывода из строя путем воздействия на электронно-оптические устройства. В годы холодной войны результатов в этой сфере добиться не удалось, однако сейчас возможность «ослепления» спутника перестает быть голой теорией.

Отдельно изучались вопросы поражения спутников ядерным оружием – до подписания Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой (договор «о трех средах»). Показательны результаты испытаний Starfish Prime в США, во время которых были зафиксированы как немедленный вывод из строя нескольких спутников электромагнитным импульсом высотного взрыва, так и отдаленные последствия – быстрая деградация солнечных батарей у аппаратов, попавших под воздействие взрыва. При этом, как и в случае аналогичных испытаний в рамках советской операции «К», главной целью взрывов было исследование воздействия электромагнитного импульса на наземную электрическую и радиоэлектронную инфраструктуру.

Практические эксперименты

Однако впервые спутник на орбите был уничтожен более чем через 20 лет. 13 сентября 1985 года в 12.43 по местному времени истребитель F‑15A ВВС США, взлетевший с авиабазы Эдвардс в штате Калифорния, запустил ракету ASM‑135 ASAT по выработавшему ресурс исследовательскому спутнику Solwind P78–1. При запуске ракеты самолет летел со скоростью М1,22 (около 1400 километров в час) на высоте около 12 000 метров. Аппарат, находившийся на орбите высотой 555 километров, был уничтожен прямым попаданием кинетической боеголовки, скорость соударения превысила 24 000 километров в час.

Двухступенчатая твердотопливная ракета ASAT оснащалась инфракрасной головкой самонаведения. Интересно, что прототипом первой ступени ракеты стала аэробаллистическая ракета AGM‑69 SRAM, которой вооружались американские стратегические бомбардировщики. Проект ASAT создавался в рамках рейгановской программы СОИ и, несмотря на успешные испытания, был свернут в 1988 году.

Следующий спутник американцы сбили 21 февраля 2008‑го. Целью стал вышедший на нерасчетную орбиту военный спутник USA‑193, а в качестве перехватчика использовалась ракета RIM‑161 SM‑3 – «базовое оружие» современного морского компонента системы противоракетной обороны США. Аппарат был сбит на высоте 247 километров и скорости 27,3 тысячи км/ч.

Соединенные Штаты также располагают тяжелыми ракетами-перехватчиками наземного базирования GBI, характеристики которых позволяют им сбивать объекты на высотах до 2000 километров, однако их испытаний по спутникам не проводилось.

©

Китайская угроза

Американские испытания стали недвусмысленным и демонстративным ответом на проведенные незадолго до того испытания противоспутникового оружия КНР. 12 января 2007 года в 06.26 по Пекину Китай перехватил собственный спутник «Фэнъюнь‑1C». Аппарат, находившийся на полярной орбите высотой 865 километров, был сбит прямым попаданием. К слову, более высотной цели с тех пор никто так и не уничтожил.

Для перехвата спутника была использована ракета KT‑1/SC‑19 – модификация баллистической ракеты средней дальности DF‑21 весом около 15 тонн и длиной 11 метров с кинетической боевой частью.

Позднее сообщалось об испытании в КНР спутников‑истребителей, способных маневрировать на орбите, сближаясь с чужими космическими аппаратами, и захватывать или сбивать их.

А что у нас?

Попробуем суммировать информацию об отечественном противоспутниковом потенциале. Открытых официальных сведений на этот счет нет, но, судя по косвенным данным, можно сказать следующее.

Сегодня основное противоспутниковое оружие России, как и в советское время, – спутники-перехватчики, то есть маневрирующие космические аппараты, способные либо поражать чужие объекты прямым столкновением, либо формировать направленный поток поражающих элементов на орбите. Эти аппараты – наследие советской программы «ИС» («истребитель спутников»).

Сообщения об «опасных маневрах» российских спутников в последние годы все чаще появляются в западных СМИ. Похоже, наши военные периодически запускают аппараты-перехватчики, чтобы проверить их работоспособность и усовершенствовать. При этом ряд специалистов полагает, что иногда «спутники-истребители» маскируются под вышедшие из строя или неудачно запущенные аппараты, выведенные на нерасчетную орбиту.

Среди достоинств подобных систем – практически неограниченная досягаемость: при использовании носителя нужной весовой категории перехватчик можно поднять даже на геостационарную орбиту. Именно в «работе» на этой орбите Россию на днях обвинила министр обороны Франции Флоренс Парли. По ее словам, в 2017 году российский аппарат «Луч» приблизился к франко-итальянскому «Афина-Фидус» на высоте 36 тысяч километров. Целью этого сближения, утверждает Парли, был перехват сигналов с натовского спутника.

Недостатки спутников‑пере-хватчиков обусловлены достоинствами: быстро подготовить старт ракеты-носителя достаточно сложно. Поэтому желательно иметь постоянно развернутую на орбите группировку «космических камикадзе» на случай войны.

Следующим элементом российского «антиспутникового» арсенала служат, как и в США, системы противоракетной обороны. Предполагается, что в рамках создания системы противоспутниковой обороны был выполнен пуск противоракеты перспективного комплекса ПРО «Нудоль» 18 ноября 2015 года. Кроме того, сообщалось о возможности работы по космическим аппаратам как одному из пунктов технического задания на перспективную зенитную ракетную систему С‑500, в настоящее время также проходящую испытания.

Кроме того, одной из перспективных сегодняшних программ является проект А‑60 «Сокол-Эшелон», представляющий собой лазерный боевой комплекс на платформе военно-транспортного самолета Ил‑76. В отличие от свернутой американской программы противоракетного лазера воздушного базирования YAL‑1, российский проект имеет куда менее амбициозные цели: задача А‑60 – «ослепление» разведывательных спутников.

Возвращаясь к снимкам МиГ‑31, стоит упомянуть еще один момент. Среди нереализованных авиакосмических проектов 1990‑х был комплекс «Бурлак-Диана», предполагавший запуск легких ракет-носителей воздушного старта с переоборудованного тяжелого бомбардировщика Ту‑160. С учетом начавшегося восстановления серийного производства модернизированных Ту‑160 на Казанском авиационном заводе вполне вероятно, что через некоторое время какая-то часть «стошестидесятых» советской постройки внезапно «исчезнет» на ремонт, а затем вернется в виде носителей противоспутниковых ракет-перехватчиков.

Кто еще?

Россия, США, КНР – очевидные кандидаты в участники «звездных войн», имеющие и мотивы, и возможности для их ведения. Но чисто технически такие возможности есть у любой страны, способной создать собственную ракету-носитель или баллистическую ракету средней дальности. Разумеется, это Франция – лидер европейской космической отрасли, способная решить подобную задачу самостоятельно, и прочие космические державы по списку, включая в конечном счете Иран и Северную Корею.

Сказанное выше о роли космических систем в современных войнах показывает, что мотивы «проредить» орбитальные боевые порядки противника будут появляться у все большего количества стран. А спрос непременно повлечет за собой предложение. Вплоть до коммерческих услуг по уничтожению спутников, если угодно. Возможно, предоставляемых частными космическими компаниями.

Спутников погром

В Сети появились фотографии российского истребителя-перехватчика МиГ‑31 с макетом ракеты нового типа под фюзеляжем, судя по всему, противоспутниковой. Как развивались программы создания подобных вооружений и кто преуспел в их реализации, разбирался «Профиль».

Что нам показали?

Под фюзеляж МиГ‑31, судя по фото, подвешена намного более крупная ракета, чем аэробаллистическая Х‑47 М2 комплекса «Кинжал», о которой весной рассказал в послании Федеральному собранию Владимир Путин.

Нечто подобное мы уже видели. Во второй половине 1980‑х в Советском Союзе испытывалась противоспутниковая система 30 П6. Ее основные элементы – радиолокационно-оптический комплекс распознавания космических объектов 45Ж6 «Крона», самолет-носитель МиГ‑31 Д и ракета 79 М6 «Контакт», а позднее – и усовершенствованная 95 М6. Предполагалось, что эта система позволит сбивать спутники на низких орбитах.

Вопросы поражения орбитальных группировок начали изучать еще до того, как на орбите появились первые военные космические аппараты. Возможности уничтожения спутников исследовались в США и СССР с конца 1950‑х. Эти работы резко активизировались одновременно с началом развития систем противоракетной обороны, для которых спутниковый эшелон критически важен. Исследовалось несколько направлений развития: системы орбитального базирования – спутники-истребители, наземного – ракеты-перехватчики, воздушного – те же ракеты-перехватчики, но запускаемые с самолетов на большой высоте.

Позднее начались разработки лазерных противоспутниковых систем, предназначенных как для уничтожения космических аппаратов, так и для их вывода из строя путем воздействия на электронно-оптические устройства. В годы холодной войны результатов в этой сфере добиться не удалось, однако сейчас возможность «ослепления» спутника перестает быть голой теорией.

Отдельно изучались вопросы поражения спутников ядерным оружием – до подписания Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой (договор «о трех средах»). Показательны результаты испытаний Starfish Prime в США, во время которых были зафиксированы как немедленный вывод из строя нескольких спутников электромагнитным импульсом высотного взрыва, так и отдаленные последствия – быстрая деградация солнечных батарей у аппаратов, попавших под воздействие взрыва. При этом, как и в случае аналогичных испытаний в рамках советской операции «К», главной целью взрывов было исследование воздействия электромагнитного импульса на наземную электрическую и радиоэлектронную инфраструктуру.

Практические эксперименты

Однако впервые спутник на орбите был уничтожен более чем через 20 лет. 13 сентября 1985 года в 12.43 по местному времени истребитель F‑15A ВВС США, взлетевший с авиабазы Эдвардс в штате Калифорния, запустил ракету ASM‑135 ASAT по выработавшему ресурс исследовательскому спутнику Solwind P78–1. При запуске ракеты самолет летел со скоростью М1,22 (около 1400 километров в час) на высоте около 12 000 метров. Аппарат, находившийся на орбите высотой 555 километров, был уничтожен прямым попаданием кинетической боеголовки, скорость соударения превысила 24 000 километров в час.

Двухступенчатая твердотопливная ракета ASAT оснащалась инфракрасной головкой самонаведения. Интересно, что прототипом первой ступени ракеты стала аэробаллистическая ракета AGM‑69 SRAM, которой вооружались американские стратегические бомбардировщики. Проект ASAT создавался в рамках рейгановской программы СОИ и, несмотря на успешные испытания, был свернут в 1988 году.

Следующий спутник американцы сбили 21 февраля 2008‑го. Целью стал вышедший на нерасчетную орбиту военный спутник USA‑193, а в качестве перехватчика использовалась ракета RIM‑161 SM‑3 – «базовое оружие» современного морского компонента системы противоракетной обороны США. Аппарат был сбит на высоте 247 километров и скорости 27,3 тысячи км/ч.

Соединенные Штаты также располагают тяжелыми ракетами-перехватчиками наземного базирования GBI, характеристики которых позволяют им сбивать объекты на высотах до 2000 километров, однако их испытаний по спутникам не проводилось.

©

Китайская угроза

Американские испытания стали недвусмысленным и демонстративным ответом на проведенные незадолго до того испытания противоспутникового оружия КНР. 12 января 2007 года в 06.26 по Пекину Китай перехватил собственный спутник «Фэнъюнь‑1C». Аппарат, находившийся на полярной орбите высотой 865 километров, был сбит прямым попаданием. К слову, более высотной цели с тех пор никто так и не уничтожил.

Для перехвата спутника была использована ракета KT‑1/SC‑19 – модификация баллистической ракеты средней дальности DF‑21 весом около 15 тонн и длиной 11 метров с кинетической боевой частью.

Позднее сообщалось об испытании в КНР спутников‑истребителей, способных маневрировать на орбите, сближаясь с чужими космическими аппаратами, и захватывать или сбивать их.

А что у нас?

Попробуем суммировать информацию об отечественном противоспутниковом потенциале. Открытых официальных сведений на этот счет нет, но, судя по косвенным данным, можно сказать следующее.

Сегодня основное противоспутниковое оружие России, как и в советское время, – спутники-перехватчики, то есть маневрирующие космические аппараты, способные либо поражать чужие объекты прямым столкновением, либо формировать направленный поток поражающих элементов на орбите. Эти аппараты – наследие советской программы «ИС» («истребитель спутников»).

Сообщения об «опасных маневрах» российских спутников в последние годы все чаще появляются в западных СМИ. Похоже, наши военные периодически запускают аппараты-перехватчики, чтобы проверить их работоспособность и усовершенствовать. При этом ряд специалистов полагает, что иногда «спутники-истребители» маскируются под вышедшие из строя или неудачно запущенные аппараты, выведенные на нерасчетную орбиту.

Среди достоинств подобных систем – практически неограниченная досягаемость: при использовании носителя нужной весовой категории перехватчик можно поднять даже на геостационарную орбиту. Именно в «работе» на этой орбите Россию на днях обвинила министр обороны Франции Флоренс Парли. По ее словам, в 2017 году российский аппарат «Луч» приблизился к франко-итальянскому «Афина-Фидус» на высоте 36 тысяч километров. Целью этого сближения, утверждает Парли, был перехват сигналов с натовского спутника.

Недостатки спутников‑пере-хватчиков обусловлены достоинствами: быстро подготовить старт ракеты-носителя достаточно сложно. Поэтому желательно иметь постоянно развернутую на орбите группировку «космических камикадзе» на случай войны.

Следующим элементом российского «антиспутникового» арсенала служат, как и в США, системы противоракетной обороны. Предполагается, что в рамках создания системы противоспутниковой обороны был выполнен пуск противоракеты перспективного комплекса ПРО «Нудоль» 18 ноября 2015 года. Кроме того, сообщалось о возможности работы по космическим аппаратам как одному из пунктов технического задания на перспективную зенитную ракетную систему С‑500, в настоящее время также проходящую испытания.

Кроме того, одной из перспективных сегодняшних программ является проект А‑60 «Сокол-Эшелон», представляющий собой лазерный боевой комплекс на платформе военно-транспортного самолета Ил‑76. В отличие от свернутой американской программы противоракетного лазера воздушного базирования YAL‑1, российский проект имеет куда менее амбициозные цели: задача А‑60 – «ослепление» разведывательных спутников.

Возвращаясь к снимкам МиГ‑31, стоит упомянуть еще один момент. Среди нереализованных авиакосмических проектов 1990‑х был комплекс «Бурлак-Диана», предполагавший запуск легких ракет-носителей воздушного старта с переоборудованного тяжелого бомбардировщика Ту‑160. С учетом начавшегося восстановления серийного производства модернизированных Ту‑160 на Казанском авиационном заводе вполне вероятно, что через некоторое время какая-то часть «стошестидесятых» советской постройки внезапно «исчезнет» на ремонт, а затем вернется в виде носителей противоспутниковых ракет-перехватчиков.

Кто еще?

Россия, США, КНР – очевидные кандидаты в участники «звездных войн», имеющие и мотивы, и возможности для их ведения. Но чисто технически такие возможности есть у любой страны, способной создать собственную ракету-носитель или баллистическую ракету средней дальности. Разумеется, это Франция – лидер европейской космической отрасли, способная решить подобную задачу самостоятельно, и прочие космические державы по списку, включая в конечном счете Иран и Северную Корею.

Сказанное выше о роли космических систем в современных войнах показывает, что мотивы «проредить» орбитальные боевые порядки противника будут появляться у все большего количества стран. А спрос непременно повлечет за собой предложение. Вплоть до коммерческих услуг по уничтожению спутников, если угодно. Возможно, предоставляемых частными космическими компаниями.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector